×
Аналитика
0

Как освоение таежных территорий влияет на состояние дикой природы

Визиты диких животных к людям все чаще становятся делом привычным. Практически у каждого поселка, в котором имеется мусорная свалка, есть свой «деревенский медведь». На прошлой неделе таежные хищники пришли и в Сургут, пока что – в один из дачных кооперативов. В вахтовых поселках нефтяников, хоть пищевые отходы там и не складируются, косолапые тоже частые гости.  И не только на территории Западной Сибири – в Югре, для Восточной Сибири эта тенденция также характерна.

Медвежьей тропой
– Двух медведей в этом году Карл Кочнев отстрелил. Это местный житель, арендовавший охотугодья, расположенные на территории деятельности нашего нефтегазодобывающего управления. Приходили еще два медвежонка-подростка. Беспредельщики, как и всякая молодежь… Но самой опасной гостьей этого лета стала медведица с медвежатами, – рассказывает начальник НГДУ «Талаканнефть» ОАО «Сургутнефтегаз» Василий Парфирьев, одновременно демонстрируя на экране смартфона видео, снятое камерами наблюдения и очевидцами на территории вахтового городка.
К нефтяникам медведи приходят не столько в попытках найти еду (как показывает практика – тщетных), сколько спасаясь от лесных пожаров. А на окраины городов хищники могут забрести и вовсе по необычной – но не для специалиста – причине. Вы знали, что у медведей есть свои традиционные маршруты сезонной миграции? Лично я – нет. Но, как выяснилось, в перемещении хищников есть жесткая логика. К примеру, якутский медведь весной после спячки поднимается в горы, а к середине лета спускается в долины рек. Кстати, препятствием на маршруте хищного кочевника, идущего не в одиночку или семьей, а целой стаей, оказывается Нерюнгри. Медведи подходят к городу как раз в Родительский день. И не исключено, что считают, будто угощение на кладбище люди приготовили специально для них.

Врио директора ФГБУН «Институт биологических проблем криолитозоны» СО РАН Иннокентий Охлопков:

«Популяция медведей в Якутии за последние годы значительно выросла. Во-первых, изменение климата явилось причиной увеличения кормовой базы. Во-вторых, на рост популяции повлиял также запрет на петельный отлов, практиковавшийся во времена СССР, когда за сезон отлавливалось более сотни особей. Ну а в-третьих, лицензия на косолапого стоит три тысячи рублей. Народ ее не берет: наши, якутские медведи не трофейные – в отличие от тех же сахалинских или камчатских»

Для справки: якутский медведь – не особо крупный. Шкура менее товарная, чем у его дальневосточных собратьев, вырастающих до центнера живого веса. Плюс высокая зараженность, делающая негодным к употреблению не только медвежье мясо, но главное – медвежий жир – самый ценный во всех отношениях продукт, ради которого охотники, собственно, и выходят на тропу.

Неисправимые
Исключение – егеря и (или) арендаторы охотничьих угодий. Право на отстрел таежного хищника они не покупают, потому что поддержание безопасности на вверенной им территории – их обязанность. Но выполнять ее они должны только в соответствии с довольно строгими требованиями, в частности должна вестись видеосъемка. И не только отстрела зверя, его «бесчинств» перед тем – в том числе. Лишить животное жизни можно только в случае, если его действия представляют угрозу жизни человека.
– Информация о том, что за рубежом зверей не отстреливают, а отгоняют или усыпляют, а затем перевозят на безопасное расстояние, ерунда, – рассказывает ученый. – Я сам был свидетелем случая на Аляске: медведь пришел в парк, его отогнали – он вернулся. Во второй раз отгонять его никто уже не стал... Личная безопасность дороже.
По словам Охлопкова, не так давно эксперимент по усыплению и дальнейшей транспортировке на отдаленное расстояние хищников якутские ученые провели в Мирном. Но хлопоты себя не оправдали: один из медведей тут же вернулся на любимую дачную помойку, в итоге пришлось его пристрелить. Второй сменил место кормежки, но не меню: обосновался рядом с городком дорожников. Осенью залег в спячку, а весной пришел в деревню, где задрал лошадь.
– Они неисправимы. Даже если урожай лесных даров будет рекордным, но есть возможность добыть еду более легким способом, медведь выберет именно этот способ. Это очень «энергосберегающий» зверь, его жизненная задача – накопить энергии в виде жира за лето как можно больше, чтобы потом с максимальным комфортом перенести зимнюю спячку, – поясняет специалист.
И от террористов, и от браконьеров
С Сургутнефтегазом Восточный институт криолитозоны Сибирского отделения Российской академии наук работает уже более пяти лет. Федеральное ведомство от местных властей и бизнес-элит не зависит, потому оценку, сделанную его специалистами, можно считать абсолютно непредвзятой.
– На территории Талаканского месторождения мы проводим мониторинг почв, в том числе мерзлоты, мониторинг растительности, а также животного мира – начиная от насекомых, птиц, лягушек, ящериц, полевок и заканчивая крупными обитателями, в частности медведями и парнокопытными, – поясняет руководитель института.
Якутия – самый крупный субъект Российской федерации с самой низкой плотностью населения. Уберечь тайгу от браконьеров – задача очень сложная.
– Тот факт, что территории нефтепромыслов закрыты от посторонних, для их экологии большое благо, – считает Иннокентий Охлопков. – И это не только наше мнение. Об этом говорят прежде всего арендаторы охотугодий. Один человек такую огромную территорию охранять не сможет.
– Закрывать территории от доступа посторонних нефтяники не просто должны. Это обязанность компаний, в том числе – с целью предотвращения террористической угрозы. И если пропускной режим не будет соблюдаться, у первого руководителя компании могут быть очень большие проблемы, – поясняет начальник управления экологической безопасности и природопользования ОАО «Сургутнефтегаз» Любовь Малышкина. – На одной из наших территорий в Югре, обслуживаемой НГДУ «Федоровскнефть», дело даже до суда доходило: местные жители пытались отменить пропускной режим. Но суд их иски не удовлетворил. Жесткие ограничения в доступе на территорию у нас действуют уже три года. И, как показала практика, это стало большим подспорьем в сохранении флоры и фауны территории. В частности, перекрытие территорий нефтепромыслов от сторонних посетителей, в том числе браконьеров, на территории Сургутского района помогло вернуть в ареал обитания краснокнижных птиц.
– Если бы нефтяники не перекрыли дороги от свободного доступа, якутская тайга бы не только горела. Она бы оказалась залитой кровью, – считает Иннокентий Охлопков. – Такие примеры, к сожалению, уже были. Взять, к примеру, нашу популяцию яно-индигирского северного оленя, которая в 1990-2000 годах насчитывала порядка 140 тысяч голов. Потом построили дорогу – уголь возить. 
А олень как раз шел вдоль нее. Так животных отстреливали, даже не выходя из машин. Популяцию уничтожили всего за три года! Полностью.

Без хлеба, но с солью!
На территории охотугодья Карла Кочнева за последние годы восстановилась популяция не только медведей. Стало больше сохатых, глухарей. Выдры, зайцы, волки...
– А с недавнего времени начал появляться изюбр! Его следы, начиная с прошлого года, наблюдаем все чаще и чаще, – радуется ученый-эколог. – Посоветовали Карлу Ивановичу привезти соли – и поставить фотоловушку на солонце. Фотокадры станут доказательством не только его профессионального успеха (в задачи смотрителя охотугодий, помимо сохранения, входит создание условий для воспроизводства растительного и животного мира территории. – Прим. авт.), но и продуктивного взаимодействия с ОАО «Сургутнефтегаз», самой экологичной компанией в Якутии.
Везти соль издалека Карлу Кочневу не придется. Оленье лакомство НГДУ «Талаканнефть» предоставит ему безвозмездно.

Теги статьи: #Югра #Животные #Медведи

Автор текста: Сургутская трибуна   Автор фото: Ieasy.ru

Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии