«Для меня это долг, совесть и дело чести»

Бывший учитель, а ныне боец с позывным «Худан» родился в живописной Бурятии, а сейчас со своей семьей живет в Сургуте. Он отправился на фронт в октябре прошлого года, и за время службы воина отметили медалью «Участник специальной военной операции».

В детстве ему привили любовь к труду и уважение к ближним, а школьные годы были полны увлечений и стремления к знаниям. Это и определило его будущее. Боец рассказывает о своих испытаниях на службе, о поддержке семьи и о том, каким он видит свое будущее после возвращения домой.

— Как прошло ваше детство?

— Родился я в 1984 году в небольшом селе Усть-Орот (Доодо Худаан – старое название), в 200 км от столицы Республики Бурятия. Детство было обычным для советского ребенка. Родители, два брата и сестра. Родители и старшие воспитывали нас к любви ко всему живому (влияние буддизма), к уважению к старшим, к заботе о младших. Хорошо помню свое детство в деталях. Мой дед фронтовик, работал столяром. Часто брал меня с собой, так и прижилась в моей голове тяга к обработке дерева. Отец был водителем. Мы часто ездили вместе. Помню, как ноги еле-еле доставали до педалей «Жигулей». Мама привила любовь и сострадание через религию. Зимой с братьями катались с сопок и гор, лето проводили на берегу реки, где не только купались, но и находили целую кучу занятий. Родители рано приучали к труду, безгранично благодарен им. В пять лет впервые заработал пять советских рублей в колхозе. Нам, мальчуганам, заплатили за нехитрый труд: гурьбой подавали баранов мастеру по их стрижке. Ходили на сенокос, ежедневно помогали родителям по хозяйству.

— Какие воспоминания сохранились со школьных лет?

— В школу пошел, получил значок октябренка. В начальном классе, при очередном посещении сельской библиотеки, наткнулся на книгу, которая пробудила мою любовь к чтению – «Робинзон Крузо». В средних классах обожал жанр истории и военной техники. Моя любознательность выражалась интересом к таким предметам, как биология, география, история. Юность пришлась на тяжелые девяностые, когда молодой новой Россией правили сомнительные личности. Помню такие моменты, что не было тетрадей для письма, а учились по книгам и учебникам более не существующей страны. Эта катастрофа на фоне советского изобилия казалась нескончаемой, серой. Помню, как в старших классах нам привезли учебники по истории России, бесплатно. Какие они были внешне красивые, глянцевые. Особенно контрастировали на фоне старых и потрепанных учебников времен СССР. Но содержание данных учебников катастрофично, как все из 1990-х. В старших классах играл в КВН, часто был капитаном команды. В 10 и в 11 классе учился в Чиндалейской школе в Читинской области. В дни самоуправления меня назначали директором школы. В целом школьные годы были активными. Всегда участвовал в спортивных и интеллектуальных мероприятиях. Занимался легкой атлетикой.

— Расскажите о своей работе.

— Образование у меня высшее. Закончил государственную академию культуры и искусства в г. Улан-Удэ, факультет гуманитарно-культурологический, специальность «культуролог», этнография и этнология. Также параллельно учился на рабочую профессию, на столяра-плотника. Потом работал в школе № 8 имени Сибирцева А.Н., город Сургут. Изначально не планировал, но всегда хотелось попробовать свои силы в педагогике, еще с момента прохождения на 5 курсе практики в школе. После нее и решил тут остаться. Был учителем «Основ духовно-нравственной культуры народов России» и искусства. Есть опыт работы преподавателем в колледже и специалистом в одном из учреждений для особенных детей. Был интересный опыт. Мне нравилось работать с детьми, всегда удавалось найти с ними общий язык.

— Как вы приняли решение уйти на СВО?

— В армии не проходил срочную службу, просто не пришлось служить по причине того, что к пятому курсу был уже женат, и родились свои дети. В каком-то смысле мое нынешнее служение Отечеству – это дань тому обстоятельству, что не служил тогда. На СВО ушел добровольно, это было взвешенное решение. Друзья узнали о моем убытии в последние дни перед отъездом. Старался не разглашать раньше времени. Семья узнала о моем решении примерно за месяц. Я жену готовил годами, еще с момента русской весны 2014 года, когда нацисты жгли людей в Доме профсоюзов в Одессе. Не мог я на это все со спокойной душой смотреть. Семья, конечно, не хотела отпускать, но отнеслись с пониманием и уважением. Мужчина обязан встать на защиту Отечества и дома. Мои деды воевали в Великую Отечественную войну. Мой далекий предок воевал в составе Селенгинского полка в Отечественную войну 1812 года против Наполеона. Теперь моя очередь встать на защиту Родины. Для меня это долг, совесть, достоинство и дело чести.

— Где вы служите и как родился позывной?

— Позывной «Худан» – это название реки, на берегу которой я родился. Перед тем как отправиться в зону СВО, я посетил свою 95-летнюю двоюродную бабушку, она до сих пор при ясном уме и памяти. Она и попросила меня взять такой позывной. Я был сильно удивлен тем обстоятельством, что она вообще знает такие нюансы современной войны, как наличие позывных. Затем собрала мне котомку и вручила со словами, мол, отца своего так же собирала. Служу в одном из подразделений южнодонецкого направления группировки «Восток». Сначала был номером расчета противотанкового орудия, в должности старшего наводчика. Затем, через несколько месяцев службы, меня перевели на склад. Теперь – начальник вещевой службы воинской части.

— Что для вас стало самым трудным на службе?

— В первые дни мне казалось, что самое трудное – это погодные условия. Когда зимой вместо снега идет дождь. Земля в полях превращается в непроходимое месиво из глины и жирного склизкого чернозема. Вязнет в этом месиве не только техника, но и пешие люди. Помню, как сапог застрял в грязи, а я залез босой ногой в грязь. Потом, когда оказывал первую помощь раненым, казалось, что это самое трудное. Но затем оказалось, что самое тяжелое — это потеря боевого товарища.

— Есть ли у вас курьезные воспоминания со службы?

— Помню, как-то возвращались с позиций на «Соболе» (внедорожный микроавтобус – прим. ред.). Начался в этот момент артобстрел со стороны противника. Мы спешились и спрятались в ложбине, прижавшись к земле. Рядом разорвался снаряд. Большой кусок грязи звонко вмазался в каску моего товарища. Он закричал «Я тристо!» (я ранен), а потом выяснилось, что это была просто грязь. Еще долго смеялись. Так родился новый позывной «Тристо».

— Что служит поддержкой на фронте?

— Здесь больше всего помогает Вера, Любовь в самом широком смысле, поддержка всей страны. Поддержка семьи. Когда знаешь, что дома ждут, ты это чувствуешь, и это не дает тебе опустить руки. Ну и, конечно же, общая цель нас всех объединяет. По семье и родным очень скучаю. Благо, сейчас такое время, интернет работает стабильно, можем обменяться хотя бы парой строк.

— Какие у вас дальнейшие планы на жизнь?

— Когда вернусь, то не планирую связывать свою судьбу со службой. Не тот возраст. Переучусь и буду работать на благо России. Кем, правда, еще не решил. Здесь я понял, что можно и нужно делать для общества максимум, некогда отдыхать.