×
Культура
0

Как нижневартовский писатель знакомил читателя с Самотлором

3 марта – Всемирный день писателя. Сегодня в рубрике «Читальный зал» мы представляем вашему вниманию отрывок из нового произведения нижневартовского писателя Валерия Михайловского «На тонкой ниточке луна…». Роман в этом году удостоен диплома премии имени П. П. Бажова.

Книга повествует о коренном жителе Севера – ненце, который решается на долгий и опасный путь от берегов Ледовитого океана, от Тазовской губы, в Нижневартовск. Ему нужно купить очки. Но не так важен для главного героя Тэранго его первоначальный позыв. Да, они ему нужны. И все же для него более важно другое: «посмотреть, как люди живут», своими глазами увидеть, как добывают нефть в далеком Нижневартовске – на знаменитом Самотлоре, о котором в газете пишут. Потому, что уже летают вертолеты и там, над северной тундрой. Познакомится Тэранго, как и читатели, с культурой не только ненцев, но и селькупов, и ваховских ханты.
«На тонкой ниточке луна…»
Уже скрылась из виду упряжка Мыртя, уже не слышно колокольчика, а Тэранго все не может оторвать взгляд от светлой полоски в стороне восходящего солнца. Тревожился ли он о своем друге, умчавшемся в синюю мглу? Нет, никакой тревоги он не испытывал. Мыртя был опытным наездником-каюром, и в тундре ему ничего не угрожало. Жизнь научила его всем премудростям кочевой жизни. Думал Тэранго о том, что, вот, приходится уже немолодому Мыртя колесить по тундре вдали от дома, ночевать у чужих очагов чаще, чем в своем родном чуме; что силы человека небезграничны и что когда-то не сможет Мыртя отправиться с почтой в путь по стойбищам. На этом месте мысль будто застряла, не находя продолжения. Снова подумалось о назойливых вертолетах. Подошел Хойко.
– Моя упряжка готова, – сказал он, кивнув в сторону своего чума.
– Вижу.
– Дедушке Кути совсем плохо. Утром сноха прибегала за лекарствами. – В голосе сына читалась тревога. – Я вот только из его чума. Тебя зовет...
– Пойду, навещу. А ты пока мою упряжку приготовь. Нарту грузовую возьми, – на ходу бросил Тэранго, почувствовав, как холодеет в груди.
Старый Кути лежал на своем месте, укрытый одеялом, хотя в чуме было довольно тепло. Лицо его казалось бледнее обычного, глаза уставились в одну точку. Даже когда Тэранго зашел в чум, тот не повернул голову.
– Здоров будь, Кути, – сказал громко Тэранго. Только теперь глаза старика встретились с глазами вошедшего соседа.
– Здоров будь, – тихо, еле слышно вымолвил Кути. В чуме повисла тяжелая тишина. Даже всегда веселая и говорливая невестка молча сидела в своем углу, опустив голову. Лица ее не было видно, но можно было догадаться, что она тихо плачет. Уж очень скорбно сидела она. Все знали, как по-доброму, по-отцовски принял невестку Кути, как она отвечала взаимностью ему.
– Пришла пора уходить в Нижний Мир, – так же тихо сказал Кути, но как громко прозвучали его слова, словно раскаты бубна оглушили Тэранго.
– Осенью ты тоже болел, но выздоровел, – попытался возразить Тэранго.
– Да, Тэранго, осенью я болел, а сейчас умираю: нет сил удержаться на земле. Мне уже показалась Си-Нга... красавица уже у моего порога… – Наступила тишина. Старик собирался с силами, чтобы произнести, может, главные слова:
– Я видеть тебя хотел… Возьмешь очки, мне они уже не нужны. – И старик закрыл глаза. Тэранго хотел возразить, что, мол, еще выздоровеешь, еще прочитаешь много газет, но не вымолвил ни слова, потому что язык прилип к зубам, потому что сдавило горло, потому что не нашел в себе сил открыть рот. Он смотрел на бледное лицо своего старшего товарища с чувством не то горечи, не то жалости, не то простого человеческого сострадания. Глаза старика вдруг открылись, и он мутнеющим взором нашел своего друга.
– Помнишь, мы были у Лона Земли, у священного Невехэге… Я тогда у Камня оставил старый бубен Абчи. Он ночью тогда явился ко мне и сказал: «Ты, Кути, до белых седин доживешь». ...Там, у Камня, я нашел три медвежьих клыка. Один зашит у меня в малице, другой – у моего сына, а третий вот... – Кути разжал кулак. – Это твой, возьми. Ты тоже до седин доживешь. Не бойся ничего, соверши то, что задумал, Седой Старик тебе поможет. Он сам мне сказал. – Глаза Кути каким-то неестественным образом закатились, и он замолчал, дыхание прервалось, ноги его вытянулись, достав до металлического листа, что подстелен был под очагом. Потрясенный случившимся, Тэранго вышел из чума.
Нет, смерть его не испугала. Он ее видел. Сколько родственников похоронил, и жена тоже покинула этот мир не так давно. Его потрясли слова старого Кути, который, оказывается, так дорожил дружбой с ним. Тэранго держал зажатый в руке медвежий клык. Чувство смятения и благоговейности, безмерной благодарности наполнило его душу. Он столько лет хранил его – этот оберег, эту святыню – и ждал часа, чтобы передать другу.

Справка
Валерий Михайловский – известный в Нижневартовске врач, этнограф, путешественник и писатель, член Союза писателей России, лауреат премии губернатора Югры в области литературы в номинации «Проза» (2006), Всероссийской литературной премии имени Д. Н. Мамина-Сибиряка в номинации «Публицистика, краеведение» (2010), автор книг «Всяк забавляется, как может», «Души неприкаянные» (повести и рассказы), «Северные ветры», «Зимник» и других. Автор 20 научных трудов. Награжден медалью Ассоциации писателей Урала «За служение литературе». Организатор и руководитель комплексных научных экспедиций «Три центра», «Красный север», «Великий северный путь», «Байкал – Самотлор».

Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии