Как «плавучие крепости» помогали осваивать Югру

День рождения округа – еще один повод вспомнить некоторые страницы отечественной истории. В фокус внимания югорчан в последнее время стали попадать копии судов времен покорения Сибири казаками. Какие именно суда ходили по северным рекам в те времена, описали историки.

Казаки победили в «судовой войне»
Россия средних веков и раннего нового времени – безусловно, речная цивилизация. «Важную роль в «Сибирском взятии» играла применяемая казаками тактика, которую условно можно назвать «судовой войной», сообщают исследователи в «Академической истории Югры». Татарским и остяцким воинам, не имевшим развитого речного флота, было трудно ей что-либо противопоставить. В своих «плавучих крепостях», недоступные ни татарской коннице, ни пешим ополчениям остяков и вогулов, казаки могли беспрепятственно проникать даже в самые удаленные уголки Сибирского юрта, чтобы нанести сокрушительные удары по врагу. Эта тактика успешно применялась казаками и по другую сторону Уральских гор (известны жалобы правителей некоторых «орд» на то, что «казаки приходят на них водяным путем… а на воде над ними промыслу никоторого не умеют учинить»). К слову, струги Ермака, вмещавшие по 20 человек, не были самыми большими.
Историк Е.В. Вершинин в книге «Русская колонизация Северо-Западной Сибири в конце XVI–XVII вв.» описал характеристики и особенности существовавших тогда парусных судов. Наиболее распространенными и полезными на реках Западной Сибири являлись дощаник и коч. Дощаники, предназначенные для перевозки людей, муки и соли, совершали, как правило, только одну навигацию в одну сторону. По прибытии к месту назначения они часто разбирались для использования корабельных досок в других целях. Недолговечность названных судов объяснялась их постройкой из сырого леса и небрежными условиями зимовки.
Струги и каюки – суда более мелких размеров. Струги использовались для военно-разведочных экспедиций казаков, каюки служили звероловам, уходящим на промыслы, а также с их помощью выстраивали торговые связи в регионе. Ямская повинность в Западной Сибири часто подразумевала именно водный транспорт.

Под парусом дощаника и коча
Как сообщалось в докладе Сибирского приказа царю об итогах развития землепашества в новом крае (1643 г.), дощаники, построенные в зауральских уездах, различались по размерам: были дощаники «меньшие» и «большие». «А подымают кочи и большие дощаники хлеба ржи и муки ржаной против меньшово дощаника надвое» (то есть до 40 т).
Дощаник мог передвигаться при помощи весел, его могли тянуть бечевой вдоль берега, но главным движителем дощаника был парус.
Дощаники являлись не только грузовыми, но и пассажирскими судами, которые перевозили воевод с семьями и дворней, служилых и ссыльных людей. К 1649 г. их длина увеличилась до 10 саженей, а ширина осталась той же. Такие размеры оставались стабильными вплоть до конца XVII в., когда в 1697 г. в Западную Сибирь пришел царский указ с новым стандартом, определявшим длину в 12 саженей (26 м), а ширину — в 7 аршин без четверти (4,86 м). Дощаники становились больше и, одновременно, для казны дешевле – 10 рублей. В 1667 г., когда постройка казенного дощаника оценивалась в 18 руб., это судно с парусом и оснасткой стоило в Тобольске 25 руб.
В переписке сибирских воевод с Москвой часто мелькало слово «коч». Это одно из самых загадочных судов допетровской эпохи. Ареал маршрутов плаваний на кочах для XVII в. весьма широк: Белое, Баренцево и Карское моря, в Сибири – Иртыш, Обь, Обская губа, Енисей, побережье и реки севера Якутии, Охотское море. Письменные источники XVII в. однозначно свидетельствуют, что коч – это одномачтовое судно с одним прямым парусом, на котором в добавление к парусу могли ставиться весла.
Осенью 1601 г. в Пустозерске вынужден был зазимовать караван промышленных людей, которые шли на четырех кочах из Холмогор в Сибирь. В конце июня 1602 г. кочи отправились дальше, через Ямальский волок в Тазовскую губу и Мангазею. Обстоятельно рассказал об этом плавании его участник Леонтий Шубин по прозвищу Плехан, расспрошенный в 1623 г. тобольскими воеводами. Леонтий Плехан и его товарищи шли на «малых кочах». На каждом судне находилось по 10 человек и 6,5 тонн груза.



Дешево и сердито
Сибирский каюк представлял собой парусно-гребную крытую лодку с 1–2 парами весел, кормовым веслом и мачтой с парусом. Большой торговый каюк мог достигать 7 саженей в длину (15 м) и поднимать до 300 пудов хлеба. Стоил каюк на рынке в среднем 5–6 руб.
В таможенной книге Сургута за 1674–75 г. неоднократно зафиксированы каюки, с которых бралась пошлина: «Да у Гаврилка Романова с судна с каюка крытого, мерою четырех сажен, посаженные пошлины взято по гривне с сажени... Спиридонко Лукьянов, устюжанин торговой человек Никифорко Иванов Игумнов — шесть человек... Да у них же с судна с каюка крытого, мерою трех сажен... пошлины взято по гривне с сажени... Устюжанин торговой человек Афонька Кирилов Дьяков... всех тритцать два человека. Головщины взято по осмь денег с человека — рубль, девять алтын, две деньги. Да у них же с судна с каюка крытого, мерою с полпяти сажен, посаженные пошлины взято по гривне с сажени».
Имеются сведения и о размерах паруса на каюках. В 1654 г. сургутский воевода отправил собранный ясак на трех каюках и выдал при этом три паруса: «в длину парус по пяти аршин с полуаршином, а в ширину по осми полотнищ, да 3 бечевы по 40 сажень». Парус такого каюка в длину составлял 4 м, в ширину — 4,3 м (ширина одного полотнища равнялась 0,54 см).

Живая история
С 2022 года в ИКЦ «Старый Сургут» на берегу р. Саймы югорчане могут воочию увидеть две струги, которые представляют достоверный образ судов, на которых казаки в конце XVI в. прибыли в Югру.

– Сургут строился на пересечении двух судоходных рек: Бардыковка и Сайма, – рассказала автор проекта «Под парусом в Сибирь» Юлия Токарева. – И появление двух лодок именно в этой акватории в историческом ядре города неслучайно. Наши струги – это одномачтовые корабли, они полностью соответствуют историческим аналогам. Необходимо было сохранить аутентичность, потому строили их в Петрозаводске, на верфи «Варяг», где на протяжении десятилетий занимаются созданием деревянных реплик судов. Мы рассматривали возможность хождения именно по нашей Сайме. Поэтому изготовили небольшие суда: минимальный вариант, который мог быть здесь в XVI веке: 6 м в длину, высота паруса тоже 6 м. Также построили пристань, и теперь жители города могут увидеть там две лодки.

Реплика коча, возможно, появится на Обдорском холме в Салехарде, где его предложили установить сургутские ученые Института археологии Севера. Выбрали именно этот вид судна, потому что известны факты зимовки кочей, не прошедших в Мангазею в конце лета, в Обдорском городке. Югорские археологи НПО «Северная археология – 1» собрали на раскопках Мангазеи коллекцию почти всех судовых деталей русского коча, есть даже его чертеж, выполненный  специалистом по историческому судостроению Сергеем Кухтериным.
Нижневартовску особенно повезло: они обладают не репликой, а самым настоящим судном длиной около 30 метров и возрастом не менее трех веков.

Это интересно



В 1997 году житель Нижневартовска рыбак Валерий Котлобай случайно нашел корпус старинного судна. Кроме этого, специалисты на месте находки обнаружили детали судового снаряжения: фрагменты пеньковых веревок, деревянных и металлических креплений, остатки кирпича, вероятно, перевозившегося на барке, и бытовые предметы, относящиеся к XVIII– XIX вв. Сегодня этот исторический объект, не имеющий аналогов в России, – Кирьясскую барку – руководство города планирует переместить на набережную Оби, построив для экспоната отдельно стоящий павильон со специальным температурным режимом, необходимым для сохранности древнего артефакта.