×
Общество
0

Каменный Мыс, каким мы его не знали

Года три назад попала ко мне в руки тетрадочка с воспоминаниями о жизни на Каменном Мысу. Принесла ее Елена Николаевна Кузеванова (в девичестве Уварова). То одна идея рождалась, то другая – как рассказать о том, что написано. А потом пришло решение: что пересказывать рассказанное? Лучше Елены Николаевны – автора – не передашь атмосферу той жизни, что текла размеренно в маленьком поселении Сургутского края. К сожалению, формат газетной страницы не может вместить полностью переданный текст, но основной материал представляем вашему вниманию, дорогой читатель.


Путь в Сургут. Родители
Лето 1949 года. Пароход пристал к пристани на Черном Мысу. Мой отец, Уваров Николай Афонасьевич, задумался, где лучше остановиться на постоянное место жительства – в самом поселке Сургут или поехать в ближайшую деревню. Кто-то из местных посоветовал деревню Каменный Мыс. Мол, недалеко от Сургута – по зимней дороге на лошадке 5-6 километров, летом по реке Обь на катере или на лодке. Семья на то время была из восьми человек. Отец решил, что в деревне будет легче прожить.
Мои родители родом из Омской области. Приехали в Сургут по доброй воле. Папа поругался с начальником, собрал семью – и в дорогу… По характеру отец был горячий. Любил правду-матушку в глаза сказать. А вот работы никакой не боялся. Лес валил, кирпич калил, печи клал. В редкий выходной отца можно было увидеть с книжкой в руках, и то только в зимнее время. Лето – горячая пора, надо сено заготовить, и кирпичный завод работал только летом. Отец прошел всю войну, а День Победы встретил в Будапеште. Имел ранения, был награжден орденами Красной Звезды и Отечественной войны, юбилейными медалями.
Мама, Надежда Павловна, научилась немного читать и писать только в середине 1950-х годов, имея уже восьмерых детей. Ее отец не захотел отдавать в школу, считал, что девочка должна уметь шить, вязать, ткать, стряпать, заниматься домом и детьми. Все ее братья ходили в церковно-приходскую школу и получили по тем временам неплохое образование. Мы, дети, запомнили свою маму с прялкой в руках. Она сама пряла овечью шерсть и вязала нам носки, рукавички, шарфы.

Богатый край
Деревня Каменный Мыс, а лучше сказать – деревушка из двадцати домов (одна улица), стояла на высоком месте. В деревне была начальная школа, где в одном классе учились дети с первого по четвертый класс. При школе находилась небольшая библиотека. В центре деревни – магазин, пекарня и медпункт. Электричества не было. По вечерам зажигали керосиновые лампы, топили печи. Почти в каждом дворе была своя баня.
Наш домик стоял на горе (рядом с магазином). Под горой была банька. В двадцати метрах от бани протекала речка Сургутка, где брали воду для питья и полива огородов. Женщины и девчата носили воду на коромысле, а зимой перевозили на санках. В июле местная детвора не вылезала из этой речки. К концу августа Сургутка мелела. Примерно в трехстах метрах от речки находилось большое озеро. На это озеро по весне прилетали стаи диких уток, водилось много ондатры.
Удивительная природа окружала Каменный Мыс. Место высокое, красивое. Кругом кедр, сосна, пихта. Мы, ребятишки, знали местечки, где можно было полакомиться костяникой, земляникой и дикой малиной. Местные жители собирали чернику, бруснику и клюкву в определенное время и только зрелую. За клюквой приходилось ходить далеко, рядом с деревней болот не было.
Могучий раскидистый кедр одаривал сельчан шишкой. Грузди сами лезли в лукошко, только бери – не ленись. В смешанном бору перекликались тетерева и глухари. Среди кустарников шуршали, перелетали с ветки на ветку рябчики, а зимой куропатки. По деревьям прыгали белки, стучал красавец дятел да куковала кукушка. Зимой заяц-беляк прятался от охотников, а в глубине леса жил хозяин тайги – бурый медведь, рыжая лисица. В реках и озерах полно рыбы: карась, язь, окунь, щука, налим. Деревенские жители ставили сети, а мальчишки ловили рыбу удочкой.

Так жили мы
Семьи в деревне жили в основном большие – это Орловы, Уваровы, Дубровские, Горбачевы, Макитрины. Все держали большие огороды и подсобное хозяйство. Мясо, молоко, яйцо, сметана, творог – все свое, домашнее. Во многих семьях были сепараторы – гнали из молока сливки, делали сливочное масло.
В магазинах покупали муку, сахар, подсолнечное масло (масло привозили в больших банках), консервы, конфеты, халву, хозтовары.
Три лета подряд (1960-1962) Зоя, Саша и я работали на кирпичном. По цепочке передавали кирпичи (готовые) и укладывали на вагонетку. Обжигом кирпичей занимался наш отец. Семь суток подряд через определенное время надо бросать в топку (печь) дрова, где шел обжиг кирпича. Не каждый соглашался на такую работу. Надо иметь крепкое здоровое сердце.
Отец, слава богу, на здоровье не жаловался. Летом на кирпичном заводе работал, зимой с сыном Геннадием лес валил, заготавливали дрова. Готовые дрова так же, как и кирпич, поставляли в Сургут для госучреждений. В то время  райисполком, милиция, прокуратура, школы, больницы, аптеки и магазины отапливались дровами. Орудия труда – ручная пила, топор да колун. В какой-то период отец работал на конюшне – ухаживал за лошадьми. В 1940-е годы конный завод насчитывал до трехсот лошадей. В 1950-е – был небольшой табун.
В эти же годы в деревне был свой кожевенный цех по выделке шкур. По соседству работали бондари, которые изготавливали бочки для засолки груздей, капусты и других солений. Рядом с кирпичным заводом находился лесопильный цех. На речке Казенной работал небольшой цех, где гнали деготь и смолу для хозяйственных нужд. Приемный пункт принимал ягоды, кедровый орех и грузди. Затем дикоросы отправляли на катере в Райпотребсоюз, который находился на Черном Мысу. На краю деревни, где начинался лес, находилась звероферма. Там выращивали лис – чернобурок и песцов.
Каждое лето из Сургута привозили большое стадо коров (они паслись на лугах). Перевозили по Оби на больших баржах.
Мой брат Геннадий пошел работать в паре с отцом в 14 лет. Не захотел жить в Сургуте у чужих людей, а в деревне была только начальная школа. Тем не менее рос работящим. Мог своими руками смастерить облас или лодку, сложить печь, связать сеть. На первые заработанные деньги купил гармошку. Сейчас Геннадий занимается дачей и рыбалкой. В минуты отдыха по-прежнему не расстается с баяном.
Особо хочу вспомнить о старшей сестре Гале Русановой (Уваровой). Ее не стало в 2016 году. В нашей семье четверо детей родились до войны и четверо – после войны. Мы, младшие, называли ее второй мамой. Всех нас вынянчила, выучила (жили у нее в Сургуте), устроила на работу.

Автор текста: Леонид Захаров

Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии