×
История
0

Комом в горле. Журналисты «Сургутской трибуны» впервые в своей жизни рассказывают о своих прадедах, дедах и родителях-фронтовиках

Сегодня утром, в юбилей Победы, я внезапно осознала: ни один из моих коллег-журналистов, кроме главреда, так и не стал участником «Бессмертного полка онлайн». Я в том числе. Владимир Меркушев — единственный из коллектива, кто участвует с сыновьями в этой акции. К тому же не в Сургуте, а в Ханты-Мансийске. Это жуткое открытие меня оглушило. До звона в ушах. Очухавшись, я решила разобраться, почему так происходит. Но главное — попробовать исправить ситуацию. Всем коллективом.Признаться, я сильно сомневалась, писать или нет о том, что информацию о своих, родных людях, мы — журналисты «Сургутской трибуны» — пишем ВПЕРВЫЕ. Лично мне сегодня стало очень стыдно, когда я вдруг поняла и убедилась: о моем деде — кавалере четырех орденов Николае Афанасьевиче Гладущенко — на федеральном портале «Подвиг народа», кроме официальной информации, нет ни строчки! Даже фотографии нет. Чья в этом вина? Конечно, наша. Внуков.

Нас, к слову, восемь человек, двое — я и моя родная сестра — журналисты. Причем именно мы с сестрой проводили с дедом гораздо больше времени, чем двоюродные братья и сестры. Точнее, он с нами: сестра Женька практически все время до школы жила у него, я — минимум два дня в неделю, с ночевкой.

В семье дед не рассказывал про войну — как-то не спрашивали. Но на классных часах, в том числе и в моем классе, выступал. И что-то из его рассказов я помню.

Так почему не написала до сих пор? И надо ли признаваться в этом постыдном факте?

— Надо, – убедила меня моя коллега Илюза Хафизова. – Вы не одна такая… И, думаю, читателям можно даже рассказать, почему. Потому что писать невозможно: начинаешь — и глаза на мокром месте. У меня потому текст такой «сухой» и получится, скорее всего… Ничего, что так?

— Конечно, Илюза! Но я уверена — он не будет сухим!

KHafizova.jpg

Илюза Хафизова

«Отступая, фашисты забирали гробы»

Павел Евгеньевич Скворчевский — мой прадед по маминой линии. Всю войну он провел в партизанском отряде в Беларуси. Руководил подпольными добровольцами. Вместе с ним плечом к плечу сражалась за освобождение Родины его жена и моя прабабушка Валентина Сергеевна Скворчевская.

Война застала супругов Скворчевских внезапно. На руках была двухгодовалая дочка. Как только враг вступил в Жлобинский район, они передали ее на воспитание тети в Мормаль. А сами вступили в партизанский отряд.

Большинство территорий Беларуси с первых дней войны были оккупированы фашистами. Местные жители, кого не забрали на фронт, вступали в добровольческие подпольные организации.

Павел Евгеньевич Скворчевский руководил одним из таких отрядов партизан. Четыре года он вместе с единомышленниками жил во временных хижинах в лесах. Партизаны Беларуси внесли огромный вклад в Победу. Они отслеживали нацистов, подрывали их боевые запасы и их важные стратегические объекты.

Отряд прадедушки взорвал девять вражеских эшелонов, сжег механический цех паровозного депо, 188 цистерн бензина. Прадедушка принимал лично участие во всех боевых операциях. Как указано в его наградном листе: «Пользовался авторитетом среди комсомольцев и молодежи».

Пока родители партизанили, деревню Мормаль, где они у родственницы оставили маленькую дочку, оккупировали фашисты. Дома заняли фрицы, а местных жителей, детей и стариков, выгнали в сараи.

Моя бабушка Дальвина Павловна, хотя и была тогда еще совсем маленькой, но ее детские воспоминания сохранились на всю жизнь.

— Помню, однажды один из немецких солдат даже угостил меня конфеткой. Но это была большая редкость. Фашисты жили в наших домах, питались нашей скотиной. Резали кур и свиней, которых люди выращивали, чтобы прокормить свои семьи. Когда в деревню пришли советские войска, фашисты убегали с гробами. За время оккупации в центре нашей деревни образовалось большое кладбище немецких солдат. Так вот они откапывали своих офицеров и командиров. Отступая, фашисты забирали их гробы… — вспоминала бабушка.

После войны вся семья Скворчевских воссоединилась. В родной Беларуси они прожили всю свою жизнь. Трудились на заводе.

Каждый год 9 мая Павел Евгеньевич и Валентина Сергеевна надевали ордена и ходили на парад. Их всегда поздравляли земляки. Прабабка и прадедушка за свои заслуги была удостоены разных наград, одна из них — Орден Красной Звезды. Их дочь Дальвина Павловна стала медиком и родила двух дочерей, одна из которых моя мама. Из поколения в поколение мы храним память о наших героях и благодарны им за жизнь. За жизнь не в окопах и партизанских отрядах, а в мире и согласии.

1820502851.jpeg

Анастасия Аладинская, журналист «Сургутской трибуны»: «Все, что я знаю про бабушку, — она жила в детдоме в Ленинграде. Во время эвакуации из детдома, их поезд попал под обстрел. Она спаслась».

Владимир Меркушев, главный редактор «Сургутской Трибуны»: «Задуматься об участии прадеда в войне меня подтолкнул старший сын Дмитрий своим вопросом пять лет назад: «Воевал ли кто-то из нашей семьи?».
— Фотографии мамы у меня нет. Она скончалась, когда мне было двенадцать. Последние годы жизни пролежала парализованной — результат осколочных ранений в позвоночник, полученных на фронте. Как публиковать будем? Без фото? — спрашивает ветеран «Сургутской трибуны» Галина Батищева.

— Так и будем публиковать, Галина Викторовна. Пусть даже без фотографии. Печатное слово — тоже память. Для ваших внуков. И еще — вы же дружите с нашими поисковиками. Попросите их помочь с информацией.

JQv4-6GKItc.jpg

Галина Батищева, журналист «Сургутской Трибуны».

Девчонки плакали втихомолку...

Я мало помню о фронтовой биографии своей матери — Марии Алексеевны Качаловой. Знаю одно: из ее семьи на фронт ушли три человека. Отец мамы, мой дед Алексей Алексеевич Качалов, старший брат Григорий Алексеевич Качалов и моя мама. В 1941 ей было 16 лет.

В первые дни войны призвали на фронт старшего брата Григория. Он служил танкистом и погиб в августе 1943-го вблизи станции Поныри. Сгорел в танке.

В начале июля 1941-го на фронт добровольцем ушел дед Алексей Алексеевич Качалов. Он передал военкомату своих коней. Зажиточный был, из тех, кого должны были раскулачить. Но умом бог не обидел: когда коллективизация докатилась до Ангары (Усть-Илимский район, Иркутская область, дед родом оттуда), он, недолго думая, распродал свое хозяйство. Мельницу и конные жнейки оставил обществу, двухэтажный дом ушел под сельсовет. И уехал в Казахстан, поселился во второй Алма-Ате. Оттуда и ушел добровольцем на фронт вслед за старшим сыном Григорием. Погиб в августе 1941 года под Ельней. Говорят, там в те дни была страшная мясорубка.

А осенью 1941-го сбежала на фронт и моя мама. Добралась до Москвы, явилась в военкомат, но ее оттуда выпроводили. Как она рассказывала, никто не поверил, что ей 17 лет. Маленькая, худенькая, смотреть не на что, какой фронт?

Она, кстати, прибавила себе год, соврав, что в дороге потеряла документы. Но, судя по всему, мама оказалась настырной и своего добилась: восстановила документы, в которых записала дату рождения 1924 год, то есть на год больше и, закончив в Москве в 1942 году курсы санинструкторов, ушла на фронт. Попала на Степной фронт, служила в санитарном поезде.

К великому стыду и к еще большему сожалению, я почти ничего не знаю о ее службе. Отрывочные рассказы фронтовиков, когда они собирались у нас на кухне и выпивали «100 граммов с прицепом», мало что оставили в памяти. Да и меня постоянно гнали — ишь, уши развесила!

Помню, что мама всегда вспоминала маршала Ивана Конева, говорила о том, что их часть была переименована, и в 1943-го она уже воевала в составе второго Украинского фронта.

Сколько перетаскали носилок девчушки, санитарки и медсестры, сколько было бессонных ночей у постелей тяжело раненных, сколько пришлось им пережить по пути следования бомбежек —сегодня просто невозможно представить.

Помню, как мама рассказывала, что, проходя фронтовую линию, все окна в поезде они закрывали фанерой, ночью шли почти без огней, чтобы фашистским летчикам с воздуха их нельзя было обнаружить. На одной из станций попали под бомбежку, и все медсестры и санитарки выскочили из поезда, чтобы собрать раненых людей. Один из молодых железнодорожников, совсем мальчишка, получил осколочное ранение в живот. Мальчишка в полном сознании собирал кишки и умолял маму помочь ему.

— Я же буду жить, да? Меня подштопают, и все будет хорошо, сестричка?

— Все будет хорошо, — отвечала ему мама.

Он умер в поезде в тяжелых муках в полном сознании, вспоминала мама. И все девчонки, санитарки и медсестры, плакали втихомолку, глядя на него.

Это единственный рассказ из ее фронтовой жизни, который я запомнила на всю жизнь.

Войну она закончила, насколько я помню, в восточных районах Австрии. Получила два осколочных ранения — в руку и позвоночник. Осколок в позвоночнике не стали вытаскивать. Он дал знать о себе в 1971 году — маму парализовало. А через полтора года она ушла. Мне было 12 лет.

— Признаться, до недавнего времени, к своему стыду, абсолютно не интересовался – кем был и чем награжден был мой дед по отцовской линии. Я его никогда не видел. Папа рассказывал о нем мало и скупо. Знал только, что он был на фронте, а в мирное время работал на шахте в городе Горловка Донецкой области. Там и был похоронен. Правда, в родительском доме всегда была его фотография мирного времени. На пожелтевшей и покрасневшей карточке красовался уже немолодой человек в костюме и с планкой от медалей. Медалей, видимо, было много, но какие и за что, никто толком и не знал. Фотографии у мамы. В Геленджике. Что делать? — спрашивает фотокорреспондент «Сургутской Трибуны» Александр Онопа.

— Звонить маме, Саша!

Позвонил. Попросил. Причем не только фото деда по отцовой линии, но и по маминой.

MUxVTFd6wG4.jpg 

Александр Онопа, фотокорреспондент «Сургутской трибуны»

«Узнал немного. Но начало положено»

Настало время узнать историю деда — Григория Захаровича Онопы.

Сведений на сайте Министерства обороны оказалось немного. Но они раскрывают историю хотя бы одной боевой награды.

Из наградного листа:

«Приказа №10/Н по 487 стрелковому полку 143 стрелковой конотопско-коростеньской краснознаменной дивизии 47 армии. 30 марта 1944 года.

От имени Президиума Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик.

Награждаю: Медалью «За отвагу»

Наводчика I пулеметной роты — красноармейца Онопа Григория Захаровича за то, что он в наступательном бою на город Конель 20 марта 1944 года, проявил себя смелым и отважным воином. Под сильным артиллерийским и минометным огнем противника, умело маневрируя на поле боя огнем своего пулемета, уничтожил восемь солдат противника и сохранил материальную часть. 1925 года рождения. Беспартийный, призван в РККА Батуринским РВК Черниговской области.

Командир 487 стрелкового полка майор Березовик».

И росчерк карандашом: 1 Бел. Фр. (видимо означает — Первый Белорусский фронт).

И еще из найденных сведений: Орден Отечественной войны I степени и медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»

Первый Белорусский фронт — сформирован 24 февраля 1944 года. Командовал им генерал К.К. Рокоссовский.

Призван в армию 1 января 1941 года. Похоронен в городе Горловка Донецкой области в 1998 году.

715873446.jpeg

— Про своего прадеда Мишу я могу рассказывать бесконечно. Вырос я под его чутким присмотром, — говорит Александр.

— Саш, лучше напиши!

«Тебе, правнук, лучше об этом не знать»

С раннего детства все летние каникулы проводил в селе Каменка Запорожской области. Там жили родители мамы, там же жили и мои прадеды Михаил и Мария. К ним я часто бегал через все длиннющее украинское село в одну улицу в гости. У прадеда росли самые ранние сладкие груши, огромное дерево абрикосов и еще много всякой вкусноты, которой так не хватало ребенку на Севере, в Сургуте.

Михаил Нестерович до последних дней свой жизни работал. У него была большая столярная мастерская, огород и много скота.

В начале 1990-х отец попросил меня, когда я буду на каникулах, расспросить его о своих предках и все записать. Так мы и начали составлять нашу обширную родословную. Кстати, дедушка тогда рассказал мне о моих предках до пятого колена.

Мы беседовали много и часто, но всякий раз, когда дело доходило до него лично и его молодости, прадед замыкался и замолкал. Вернее, говорил только одно: тебе не надо, правнук, знать, что тогда было и как мы жили и воевали. Не детские это разговоры.

Из наградного листа:

«… участвовал в Отечественной войне с 15 августа 1941 года… 29 октября 1941 года немецкие захватчики перешли в наступление, в боях при сдерживании натиска противника, красноармеец Остапенко был ранен осколками мины. Участвовал в должности орудийного номера 45 мм и, заменив убывших командира орудия и наводчика, лично уничтожил танк противника в Крыму во дворе совхоза «Молодая Гвардия». После этого, получив ранение осколками мины в область грудной клетки, был отправлен в эвакогоспиталь №1472, откуда после излечения в феврале месяце 1942 года был направлен в 115 стр. полк 75 сд. Описание подвига записано со слов.

Находясь с февраля м-ца 1942 года в 115 стр. полку в 3-й мин. роте, кр-ец Остапенко проявил себя дисциплинированным, требовательным к себе, добросовестно относящимся к выполнению служебных обязанностей. Работая ездовым, т. Остапенко любит и хорошо ухаживает за конем, инвентарем и амуницией. Честно и добросовестно относится к занятиям и имеет отличные и хорошие показатели по боевой и политической подготовке, за что имеет ряд поощрений от командования роты и батальона».

Награжден Орденом Славы III степени, Орденом Отечественной войны II степени, медалью «За боевые заслуги».

Войну закончил в Тегеране (Иран).

Похоронен в селе Каменка Черниговского района Запорожской области в 1994 году.

743439090.jpeg

На фото: Михаил Нестерович с супругой Анастасией Ефимовной и детьми

Stroynova.jpg

Маргарита Стройнова (Гладущенко), шеф-редактор «Сургутской трибуны»

Дед! Тираж будет достойный.

Информацию и фото своего деда я в итоге, можно сказать, украла. С официального сайта Белгорода, где ее разместили мои двоюродные племянники. Правнуки Николая Афанасьевича Гладущенко. Изложили только факты.

Николай Афанасьевич Гладущенко (22.04.1916 г. — 03.01.1993 г.). Лейтенант.

Командир подразделения пулеметчиков.

15 февраля 1943 года под д. Годилово Залучского района Ленинградской области, после артподготовки, подразделение под его командованием столкнулось вплотную с противником, огнем своих пулеметов подавили уцелевшие точки противника. Взяли под свой контроль дорогу Пустошка-Березовец и прочно удерживали, не давая врагу подбрасывать подкрепление для наступления на д. Годилово. В этом бою подразделение Гладущенко нанесло большой урон врагу в живой силе и технике, были уничтожены два минометных и три пулеметных расчета.

20 февраля в очередном бою Николай Афанасьевич был ранен, но не оставил поле боя до полного выполнения подразделением поставленной задачи.

За мужество, отвагу, стойкость и умелое руководство подразделением в боях с немецкими захватчиками, он был награжден Орденом Красной Звезды.

После госпиталя опять вернулся на фронт, был участником Курской битвы.

Кавалер двух орденов Славы, ордена Красной звезды, ордена Отечественной войны I степени и других наград.

Дед, на сайте Минобороны информация только по ордену Красной звезды! Но я знаю, что все твои награды и документы к ним хранятся у твоего сына — моего дяди Владимира Николаевича. Дед, я уже созвонилась с ним. И как только снимут самоизоляцию, поеду в Томск. Встретиться с твоими детьми, они уже совсем пожилые. Узнать подробности, проверить хронологию, сделать копии документов. Загрузить их на сайт Минобороны.

Дед, мы с Женькой обязательно напишем про тебя! Книгу. У тебя уже целая рота правнуков и праправнуков. Тираж будет достойный.

1389326477.jpeg

Николай Афанасьевич Гладущенко 

Теги статьи: #75 лет Победы

Автор текста: Сургутская трибуна

Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии