×
Культура
0

Кральки для Болечки

Гостеприимная Югра стала родным домом для многих уроженцев соседних краев – Тюменской, Свердловской, Курганской областей. Поэтому и часть диалектной лексики, которая бытует на территории нашего округа, родом с Урала и в широком смысле – из Сибири. Мы продолжаем знакомить вас с нашими местными словечками в рамках конкурса, объявленного в № 63 от 11 июня.


«Я родилась и выросла в деревне Тугалово Уватского района Тюменской области, – пишет нам Нина Викторовна Загородских из поселка Таежного Советского района. – Слова, которые я слышала от своих родителей и других жителей деревни, я запомнила на всю жизнь и иногда замечаю, что они живут в моей речи. Буду рада, если мои слова вам пригодятся. Шипко старалась, вспоминала, объясняла».

Мы говорим
Пимы – «валенки», испотки – «варежки», космачём – «без головного убора», заносно – «пасмурно», вича – «веточка дерева», няша – «грязь», запон – «фартук», казёнка – «кухня», рушник – «полотенце», рукомойник – «умывальник», урыльник – «горшок для нужды», карыш – «стерлядка», закавряжка – «манжет», заступ – «лопата», литовка – «коса», заплот – «деревянный забор из тонких бревен», пиликушка – «маленькая керосиновая лампа», квашёнка – «деревянная посуда для теста», корчага – «глиняная посуда для кваса с узким горлышком», закорки – «спина», сорочка – «флюгер», кита – «длинная веревка, сплетенная из сена, травы», полог – «шатер из марли над кроватью от комаров», повить – «высокое место для хранения сена, сеновал», туфайка – «стеганая куртка», подполье – «место под полом для хранения овощей, солений», бродни – «мужская обувь выше колена из кожи», чарки – «женская обувь из кожи», онючи (онучи) – «веревки для удержания обуви, опорки – «женская обрезанная обувь», намедни – «недавно, вчера», третёвадни – «3 дня назад», койвадни – «сейчас», тюричёк – «деревянная катушка с нитками», навильник – «набранная на вилы трава, сено, солома», туесок – «посуда из бересты», вьюшка – «чугунная пластина для дымохода», заслонка – «железная дверца с ручкой для топки в русской печи», загнётка – «угли, собранные в уголок печи», морочает – «моросит дождь», шипко – «очень».

Сургутянке Галине Яковлевне Новоселовой исполнился  81 год, но ее память хранит слова и выражения ее малой родины – деревни Быково Богдановичского района Свердловской области.
«Направляю вам небольшой список слов, которые вспомнила навскидку, – написала она в редакцию. – Если пригодятся, буду рада».


Парунья – «курица-наседка», лонись – «прошлым годом», вечор, вчерась – «вчера вечером», рукотерник – «полотенце для рук», зыбка – «люлька для детей» (крепится к крюку на потолке, гибкой жердью или пружиной. – Авт.), боля – «возлюбленный», согра – «заросли ивняка, камыша, черемухи вокруг озера» (мама рассказывала, что в согре прятались от белогвардейцев. – Авт.), домовина – «заготовленный пожилым крестьянином для себя гроб», бастрык – «длинная жердь для закрепления от развала воза с сеном», голбец – «подполье», церква – «церковь», лавка – «магазин», кросна – «деревянный станок для ткачества», котомка – «узелок в поход с необходимыми вещами, чаще их завязывали в платок, скатерть», поскотина – «место для выгула скота за пределами деревни», садинка – «комнатное растение в горшке», щелок – «заваренная кипятком зола для смягчения жесткой воды», исподнее – «нижнее белье», пятистенок – «второе название «круглого дома», кральки – «печеные или варенные в масле небольшие изделия из теста» (у нас в деревеньке никому и в голову не придет назвать их баранками или пончиками. – Авт.), подоплёка – «подшитый слой ткани на мужской сорочке для износоустойчивости», клеть – «неотапливаемое помещение для хранения продуктов, снеди», колок – «лесок, рощица, окруженные полями», куды – «куда», туды – «туда», сюды – «сюда», баут – «тяжелый железный штырь, которым на ночь закрывают одновременно и ворота для повозок, и калитку», марьин корень – «дикий пион», глубяна – лесная клубника», обабок – «подберезовик», красноголовик – «подосиновик», синявки – «сыроежки», убродно – «тяжело идти, когда метель замела дорожки, даже ступать приходится «вцело», подштаферка – «подшитый подол платья, юбки» (мой двоюродный брат долго не женился. То одну приведет матери, то другую, ей не нравится. Еще одну привел, мать сказала: «Какая она жена, у ней даже подштаферка отвалилась, не пришита». – Авт.), в праву ногу падать – «обращаться с просьбой».


 «С газетой вашей знакома с 1977 года, так как 37 лет работала в городской библиотеке, – написала в редакцию Лидия Шатрова из Нефтеюганска (публикуем в сокращении. – Авт.). – Мои родители Наумов Павел Григорьевич (1909 г. р.) и Попова Александра Васильевна (1915 г. р.) родом из Курганской области, Далматовского района, села Тамакул. Мое детство прошло там же. В каждом сельском доме была (куть) кухня и горница, в которой стояла кровать со взбитой перовой периной, под покрывалом которой был кружевной белый подзор. Маленькие подушки называли думками. В кухне стояла большая русская печь, а рядом, в метре от потолка, построены полати, где на постилахах спали члены семьи.
У двери при входе в избу висели лопотины (лопоть – одежда), а обутки (обувь), бродни (короткие сапоги) стояли тут же.
Зимой ставили «буржуйку», на которой дети пекли «рябчиков» из картошки, нарезанной пластиками. Возле печи был голбец, а над ним – лестница, ведущая на печку. Поблизости от нее висел рукомойник (черный чайничек с рожком), и рядом с ним – рукотёрт (полотенце). Перед входом в избу были сенки и чулан, где в ларе хранились продукты на зиму.
На крыльце лежал голик (голый березовый веник без листьев, связанный проволокой), которым обметали снег  с пимов или чёсанок (валенки-самокатки) во время снегопада или когда на улице было убродно (много намело).
По субботам топили бани, парильщики говорили: «А ну-ка бздани!» – и лили шайкой (ковшом) воду на каменку, а мылись из лоханок (деревянный таз с ручками).
Во дворах были малухи (маленькие домики), где жили старые родители, построившие для взрослого сына дом-пятистенку.
Летом в голбце всегда стояла корчага (глиняная большая посуда) с холодным квасом.
Осенью  после сбора урожая мелкую морковку парили в чугунках на загнетке (в самой печи справа или слева) на прогоревших углях несколько часов. Затем морковь раскладывали на противни и сушили в печке, получались парёнки, по вкусу как конфеты-ириски.
Зимой всем семейством стряпали «пельмяни», по форме они были как вареники.  Мама ставила тесто в латке (глиняный коричневый горшок, в котором сейчас садят цветы), из него стряпали шаньги – картовные или наливошные (тонко раскатанное тесто, сверху сметана, смешанная с мукой). На особые праздники стряпалась селянка (типа кулича, но размером со сковороду, покрытая сахарной помадкой и украшенная цветным горошком). Отец иногда сам себе делал тюрю (сухари, залитые кипятком и сдобренные сметаной или топленым маслом и луком).
Вот еще несколько слов, которые я слышала», – добавляет в конце письма Лидия Павловна: Мутовка – «длинная палка с отростками внизу из маленьких палочек (как гвоздики) для сбивания масла из сметаны»; здвережить – «скрутить несколько нитей»; поддёвка – «утеплитель под одежду; шабала – «современная «шумовка», чтобы доставать угли из печи»; брылы – «губы» (когда ребенок собирался заплакать, оттопытривал губы, ему и говорили: «Ты что брылы-то распустил»; расхабарили – «распахнули окна, двери»; буторят – «говорят тихо»; уханькалась (ухайдакалась) – «устала, изработалась»; барчатка – «куртка выше колен, отделанная опушенкой,мехом»; поднизка – «нижняя женская самошитая сорочка с бретелями»; котомка, нищенка – «самошитая тканевая сумка»; базлает – «ревет»; причитает – «плачет, говорит»; простакиша – «простокваша».



Свои варианты названий предметов или явлений, истории, с ними связанные, присылайте почтой: Ханты-Мансийск, ул. Мира, 46, редакция «Новостей Югры», или на электронную почту tuzova@idnu.ru с пометкой «На конкурс».

Теги статьи: #Как мы говорим

Автор текста: Светлана Тузова

Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии