Рассказываем о том, как газета помогла землякам найти друг друга

Уже не в первый раз на моей памяти газетные статьи помогают найти людям друг друга. А в этот раз история почти детективная. И все из-за мошенников. Это из-за них люди не отвечают на звонки с незнакомых номеров, а пожилым людям родственники ставят программы, блокирующие входящие вызовы.

Письмо в редакцию

На электронную почту редакции пришло письмо. Во вложении фотографии статьи и исписанного тетрадного листка.

На листке текст: «Деревня Северец, Брянской области. Мои родители: Никищенковы Иван Андреевич 1917 г.р. и Елизавета Ивановна 1922 г.р. Их дети: Володя 1947 г.р., Василий 1949 г.р. и я, Надя 1951 г.р.

Да, отец ваш и брат Коля были на войне. И ваши шесть детей знаю: Нюра, Маня, Надя, Юра, Вася и Вы. С 1980 живу в Игриме, Березовский район. Матвиенко Надежда Ивановна».

Согласитесь, что это письмо-загадка.

Хорошо, что с картинкой пришло пояснение: «Моя мама, Матвиенко Надежда Ивановна в девичестве (Никищенкова) прочла заметку в вашей газете № 48 от 1 мая о Жигалине Егоре Алексеевиче. Он родился и жил в деревне Северец Клетнянского района Брянской области. Как и моя мама. Маме 73 года, Егору Алексеевичу – 80. Мама прочла статью и очень обрадовалась, что можно найти земляка и пообщаться. У нее есть фотографии, где его родные люди с нашими родными в родной деревне. Пожалуйста, помогите им услышать друг друга! Можно ли найти номер телефона Егора Алексеевича? С уважением, Алена».

Покачи – Игрим

Созвонились с Аленой, оказалось, она живет в Тюмени. И мама общается с «большим миром» через нее, опасаясь мошенников.

Не будем рассказывать, как мы нашли телефон Егора Алексеевича, который передали Алене.

Но вот в чем «вся заковыка»: Надежда со своего телефона набрала номер Егора, а он на незнакомый номер не ответил. Это мы уже узнали позже, когда через свои каналы разыскали Надежду Ивановну. Но по телефону с ней поговорить не удалось. Потому что, как вы уже догадались, она тоже на незнакомые звонки не отвечает.

После несостоявшегося диалога с Егором Надежда немного расстроилась, а потом и успокоилась. А тут мы с вопросами: как, мол, прошел разговор, нашли земляки друг друга на югорской земле?

И решили мы, что раз уж в газете написали про Егора Алексеевича Жигалина, то расскажем и о семье Никищенковых – жигалинских соседях.

Соседи

До Великой Отечественной войны жили Никищенковы и Жигалины по соседству в деревне Северец Клетнянского района Брянской области.

Отец Надежды Иван Никищенков был коммунистом, славно трудился, потом служил в армии на Дальнем Востоке, там его и застала война. Мама Надежды Елизавета Ивановна была грамотная, работала до войны в колхозе.

– А как пришли немцы, так мы все по подвалам прятались. Потом было так: днем немцы в деревню придут – «давай курка, яйко, млеко». А ночью партизаны – и тоже продовольствие надо. А у нас никто не сеет – не жнет, одни дети да бабы остались в деревне. Сами впроголодь сидим, – рассказывала бабушка (мамина мама) про войну. Все звали ее Федотовна, и я тоже не знаю ее имени. А больше про войну она ничего не рассказывала. Три маминых брата воевали, – вспоминает Надежда Ивановна Матвиенко (Никищенкова).

Война закончилась, стали мужики в деревню возвращаться, пришел и Иван Никищенков. Взял в жены Лизавету. Родилось у них трое детей: Володя, Василий и Надя.

– Василий дружил с Егором Жигалиным. Помню, звал он его Юрой. Вообще соседями мы часто вместе праздники отмечали. На улицу ставили стол, накрывали его, выносили стулья, скамейку, табуретки, кто-то играл на гармони. В те времена обязательно за столом пели, – говорит Надежда Ивановна.

Север

Повзрослев, Надежда устроилась работать на радиозавод, там встретила своего будущего мужа Ивана Григорьевича Матвиенко. В 1980 году семья переехала на Север, в Игрим. Муж работал сварщиком и водителем. Надежда Ивановна устроилась на четвертую автобазу Трубопроводстроя.

– Работала вулканизатором. Это колеса у машин чинить. Зимой в холодном помещении: в фуфайке и валенках. Но работала быстро и на совесть. Водители довольны были. Приехал, глазом не успел моргнуть, я все сделала, и он уехал, – рассказывает о работе наша собеседница.

У Ивана и Надежды родились две дочери. Одна из них – Алена и была с нами на связи.

В 1990 году Матвиенко ездили на родину Нади в Северец Брянской области. В то же лето гостил у родителей Егор Жигалин с семьей. Тогда они поговорили и узнали, что те и те живут в Ханты-Мансийском автономном округе. Только Жигалины – в Покачах, а Матвиенко – в Игриме.

С тех пор до статьи в газете ничего друг о друге не слышали. Редакция надеется, что когда-нибудь земляки с брянщины смогут созвониться…

Нашлись через газету

Еще один интересный случай, связанный с публикациями в газете «Новости Югры», произошел в этом году с жительницей Ханты-Мансийска Анастасией Чупровой.

– В истории нашей семьи на несколько белых пятен стало меньше, – рассказала Анастасия. – Мне написала жительница Тюмени, которая оказалась дальней родственницей. Она прочитала статью о фронтовиках нашей семьи, которая была опубликована еще в 2022 году. Как выяснилось, с годами многие факты о предках, передаваясь из уст в уста, исказились, затерялись, почти стерлись.

Но самое удивительное, что Анастасия узнала от родственницы историю своего пра-пра-прадеда Михаила Григорьевича Исупова.

– Это был крестьянин Вятской губернии, который стал кочегаром на эскадренном броненосце «Орел». У судна была нелегкая судьба. Оно участвовало в русско-японской войне. В Цусимском сражении в 1905 году «Орел» получил 140 попаданий. Вместе с командой корабль был взят в плен японцами, – делится обретенной историей Анастасия.

После сдачи и восстановления броненосец был кардинально модернизирован японцами и вступил в строй Императорского флота Японии под названием «Ивами». И служил врагу еще 18 лет.

– Мой предок вернулся из плена во Владивосток на пароходе «Владимир», о чем сохранилась запись в журнале «Кортик». Обмен военнопленными произошел после подписания мирного договора, согласно которому среди прочих уступок Российская империя передала Японии половину острова Сахалин. «Орел» был списан 9 мая 1923 года, в соответствии с Вашингтонским морским соглашением, и расстрелян как мишень 10 июля 1924 года самолетом с военного аэродрома, – рассказывает Анастасия.

Что интересно, Михаил Исупов был награжден именным кортиком, но за что, потомкам уже неизвестно.