Служили два геолога

Летчик-геолог Быстрицкий

Александр Быстрицкий родился в 1911 году в Киевской области. Сын портного работал помощником ткача, на кондитерской фабрике. В начале тридцатых годов рубил уголек киркой на шахте «Пролетарий» в Донбассе. За ударный труд был направлен на рабфак Киевского горного института, который потом перевели в Днепропетровск.
В 1937 году, получив диплом инженера, распределяется в московский трест «Спецгео», проводивший работы в Средней Азии. Страна жила предчувствием войны, и в 1937–1938 годах геолог Быстрицкий становится курсантом школы летчиков. Женившись на дочке «врага народа», Александр Григорьевич увозит семью в Архангельск, получив назначение на должность начальника геологоразведочной партии.

«О войне они узнали 26 июня, в начале июля за отцом прилетел самолет, и с июля 1941-го по 29 сентября 1945-го он воевал в авиации, сначала стрелком-бомбардиром, затем штурманом бомбардировщика ТБ-3, – пишет в своих воспоминаниях сын Быстрицкого Григорий Александрович. – Про войну он рассказывал нечасто, и все больше о курьезных случаях. Так, однажды во время полета произошел самопроизвольный выстрел из ракетницы, и ракета стала метаться по кабине, угрожая пожаром. Шура изловчился прихлопнуть ее рукой, толстая летная крага прогорела, и на ладони на всю жизнь остался шрам».

Всю войну, с 1941 по 1945 год, Быстрицкий летал штурманом на бомбардировщике на Южном, 4-м Украинском и 3-ем Белорусском фронтах.

О войне он рассказывать не любил. «Про настоящие подвиги я узнавал от третьих лиц, – вспоминал Быстрицкий-младший о своем отце. – Так, в 1943 году в армейской газете капитан А. Наугольнов писал: «…Гвардии капитан Усачев и гвардии мл. лейтенант Быстрицкий отдавали себе ясный отчет в том, насколько мало у них шансов на спасение в этой борьбе, но сохраняли спокойствие. Они оставались на своих местах, готовые выполнить любой приказ командира». Это про один из боев, из которого Александр Григорьевич чудом вышел живым.

Войну Быстрицкий закончил в звании гвардии старшего лейтенанта военно-воздушных сил, был награжден двумя орденами – Красной Звезды и Отечественной войны второй степени – и шестью медалями.
В 1947 году он окажется в Молдавии в кожаной летной куртке с боевыми наградами. В послевоенной республике начались геологоразведочные работы. И Быстрицкий с дипломом геолога возглавил разведочную экспедицию. Здесь он и познакомился с Эрвье, дружба с которым продлится не одно десятилетие.
Прошедшие войну, они хорошо понимали друг друга.

Фронтовые дороги Эрвье

Юрий Эрвье приехал в Молдавию в самом конце войны, после демобилизации. Ему поручили важное дело – организовать в республике геологическую службу. Фронтовик не мог подвести.
Начало войны застало его на Украине, где он работал в разных геологических партиях. Ему пришлось много поколесить по стране: с юга на север, с запада на восток.
Основатель сибирской школы геологоразведчиков, Рауль-Юрий Георгиевич Эрвье родился 16 апреля 1909 года в Тифлисе. Его предки переселились в Россию из Франции в 1850 году. Трудовую деятельность Юрий начинал с помощника мастера мыловаренного завода в Тбилиси. Потом был рабфак, отъезд в Среднюю Азию. В 1933 году окончил Высшие инженерные курсы в Киеве. Искал бурый уголь в Кривом Роге, руду в Кременчуге.

«Когда началась война с фашистской Германией, я пошел служить в отдельный отряд глубокого бурения и скоро стал его командиром. Из пробуренных артезианских колодцев в специальных резиновых емкостях мы доставляли воду на передовые позиции», – рассказывал он.

Эта вода была крайне необходима, из-за ее нехватки выдавали всего по полведра в день на человека.

11 августа 1941 года он запишет в дневнике: «С сегодняшнего дня я призван в действующую армию в качестве гидрогеолога отряда. На первых порах придется заворачивать многими делами, в армейских делах многие ничего не знают. По штатному расписанию, составленному в штабе Приморской армии, отряд должен был состоять из 198 человек, из которых 22 человека старшего и среднего начсостава и человек 40 младших командирских должностей».

Водопровод был захвачен фашистами, и Эрвье бурил скважины, восстанавливал колодцы. Осенью 1941 года из осажденной Одессы вывез танкер с горючим.

Из дневника. 25 сентября 1941 года. «Все бомбы падают в основном в центре. Все жители выбрались за город, в Аркадию. Очень многие живут в катакомбах. Ночью слышна отчетливо пулеметная и минометная стрельба. Враг наступает особенно упорно на Дальник – Татарку – Нерубайск. Бои ожесточенные. Днем лезут они, несут большие потери и останавливаются. Ночью мы ведем артподготовки перед рассветом или ночью же контратаками выбиваем их, вновь нанося большие потери. Вначале у них кроме тройного-четверного превосходства в людях было превосходство в огневых средствах, в основном минометов, автоматов и танках. Сейчас мы тоже наделали в Одессе минометы и успешно применяем их. На днях был в Аркадии и наблюдал последовательный налет на наш лидер «Ташкент» вражеских самолетов. Гуськом, один за другим, восемь самолетов бросали на него бомбы. Однако он все время не прекращал стрельбы. Одному из стервятников удалось все же попасть ему в корму и незначительно повредить его. В Аркадии и Большой Фонтанке строятся временные пирсы. Мы проводим там водопровод от источников».

При помощи трех передвижных буровых станков и простейшего ручного инструмента отряд Эрвье пробурил и восстановил 58 колодцев, глубина которых достигала 40 метров.
К середине октября стало ясно, что город придется оставить. Из 86 членов отряда Одессу смог покинуть только 31. Ночью головная часть отряда с оборудованием эвакуировалась на танкере «Серго» в Севастополь, а оттуда – в Новороссийск. По дороге их дважды бомбили, но обошлось без потерь. Инженерный батальон, которым командовал Эрвье, принимал участие в обороне Одессы, Новороссийска, Моздока и Туапсе. Воевал на Южном, Северо-Кавказском, 4-м Украинском фронтах.
Орден Красной Звезды, медали «За оборону Одессы», «За оборону Кавказа», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» – с этими наградами Эрвье вернулся с фронта.

Из Молдавии в Западную Сибирь
После войны Юрий Георгиевич возглавлял Южно-Молдавскую нефтеразведку. От молодого начальника требовали найти нефть любой ценой. Обвиняли в саботаже и даже грозили расстрелом за провалы. Страна задыхалась без углеводородного сырья. Но не было в Молдавии нефти, и никакие угрозы не способствовали ее появлению.
В 1952 году Эрвье направили на Южный Урал, где он три года проработал начальником Южно-Челябинской партии нефтеразведки. Уже в 1956 году он будет отвечать за всю тюменскую геологоразведку, возглавив нефтеразведочный трест.
Быстрицкий в 1952 году также покинет Молдавию. Как отмечал сын Александра Григорьевича, отца спас от репрессий первый секретарь ЦК КП(б) Молдавской ССР Леонид Брежнев. Судя по всему, готовилась антисемитская кампания, и Брежнев посоветовал уехать куда-нибудь в глухомань. Так Быстрицкий оказался в Тюмени.
То, что произошло дальше, описано прессой в деталях. В 1953 году скважина, которую закладывал в Березово Александр Быстрицкий, дала газовый фонтан. С этого и началась история крупнейшей нефтегазовой провинции за Уралом.
Известно, что открытие произошло во многом благодаря характеру Быстрицкого, со времен войны привыкшего брать ответственность на себя. Как известно, он изменил первоначальное место бурения скважины.

«Достаточно было Быстрицкому точно выполнить указание, и открытия бы не произошло, как не произошло оно нигде в Западной Сибири, где намечалось бурение дорогостоящих опорных скважин. В 1956 году скважина Р-10, пробуренная на том месте, где планировалось, дала воду», – писал Юрий Эрвье в своих воспоминаниях, явно испытывая гордость за товарища.

Удача любит рисковых. А Эрвье и Быстрицкий, вернувшиеся с войны, и в мирной жизни не прятались за чужие спины. Брали ответственность на себя.
И побеждали.