В ожидании важных новостей

Реформу пенсионной системы и итоги деятельности Ханты-­Мансийского негосударственного пенсионного фонда в прошлом году обсудил с журналистами его президент Алексей Охлопков.

По словам руководителя НПФ, последние 15 лет россияне жили в условиях, когда они могли формировать накопительную часть пенсии. Но вот с 1 января 2016 года (в рамках действующего законодательства) те, кто не успел перевести свои накопления в негосударственный пенсионный фонд либо другую управляющую компанию, уже не могут этого сделать. У них остается только страховая часть. Это так называемые молчуны.

– И профессиональное сообщество, и негосударственные пенсионные фонды ожидают, что в законодательство будут вскоре внесены изменения, – отметил Алексей Охлопков. – Идут дискуссии между участниками рынка. И возможно, срок, когда люди смогут принять решение – формировать накопительную часть пенсии или нет, – будет продлен. Потому что многие наши сограждане еще не разобрались в ситуации. И мы сталкиваемся с тем, что к нам в фонд звонят люди и сожалеют, что не смогли вовремя принять решение. Сейчас уникальный период – весь рынок в ожидании.

Кроме того, на пресс-­конференции была затронута тема повышения пенсионного возраста, которая давно муссируется СМИ, поднимается на заседаниях правительства страны, Госдумы. Как считает Алексей Охлопков, повышение пенсионного возраста в России неизбежно.

– Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше нам будет в будущем, – подчеркнул он. – Проще будет бюджету, россиянам. Это единственный эффективный способ сбалансировать пенсионную систему, сократить нагрузку на бюджет. Сейчас на пенсию направляется до 14 % всех средств консолидированного бюджета РФ. Это значительная сумма! С точки зрения социальных последствий это очень тяжелое решение. Но с точки зрения экономии, здравого смысла – это неизбежно!

По словам Алексея Охлопкова, в отношении югорчан есть два варианта решения проблемы. Либо изменения пенсионного законодательства не коснутся жителей Севера, либо югорчане будут выходить на заслуженный отдых лет на пять­десять раньше, чем в целом по стране. Не в 65 лет, если такой возраст установят законодатели, а, скажем, в шестьдесят.