×
История
0

"Вертушки", перепуганные лошади, шайтан-арба и сорбозы: о чем еще сегодня вспоминает пилот-пограничник

Одной из первых книг, которую Сережка Егоров прочитал самостоятельно, была повесть Льва Линькова про пограничников — «Малыш с Большой протоки». Книга так захватила мальчишку, что он перечитывал ее вновь и вновь. 

— В третьем классе в сочинении на тему, кем бы я хотел стать, я написал, что пограничником. А став старше, решил стать вертолетчиком. После десятого класса подал документы в Ейское летное училище, но не смог поступить: был большой набор. Вернулся домой в Лениногорск и заявил, что пойду в армию. Но отец настоял, чтобы я вторым потоком поступил в институт: «Зачем тебе терять год?». И я без проблем поступил в Казанский авиационный институт, — рассказывает подполковник пограничной службы в отставке Сергей Егоров.

Таких не берут в космонавты

Мечту о вертолете парень тогда так и не оставил. Отучившись год в вузе, сделал крутой разворот – забрал документы и отправился в Сызрань, чтобы поступить в высшее военное авиационное училище. Но отец, работавший на нефтепроводе «Дружба», не одобрил поступка сына: «Тоже мне техника, да у нас по «трубе» такие пачками летают! Вот военные истребители — это мощь, боги!  Таких летчиков сразу берут в космонавты».

Но Сергей упорно стремился к своей мечте. Первый полет, как первая любовь, не забывается. Мандраж был основательный и было смешанное чувство восторга и волнения. Впрочем, волноваться пришлось и позже.  

— Практика пошла сложно, — признается Сергей Егоров. — Меня едва не списали как «нелетного». Инструкторы в толк не могли взять, в чем причина. Помог замполит нашей эскадрильи. Он однажды увидел на полигоне, как я отрабатываю взлет-посадку, как зависаю, и сказал: дай-ка я с тобой полетаю. А у вертолета, надо знать, во время взлета и посадки образуются вихревые потоки, и бывает сложно поймать среднее положение. Выяснилось, что я все делаю правильно, как нас учили, нахожу среднее положение, но смотрю не туда, в итоге не замечаю движения вертолета и кручусь вокруг одной точки. Пояснив это мне, замполит вышел из вертолета, встал в стороне и наблюдал, как я один отрабатываю взлет-посадку. На полигоне собрались все: курсанты, командиры, инструкторы. Еще бы! Все в училище знали, что я под вопросом, и всем было интересно, смогу ли я отработать...

В 1980-м, по окончании училища, молодого лейтенанта направляют в Камчатский пограничный округ. Сам, кстати, напросился, аукнулась детская мечта о погранслужбе. Но чтобы так далеко, в бухту Провидения...

У черта на куличках

…Пограничный поселок Урелики, раскинувшийся у подножия огромной сопки на берегу бухты, был малоэтажным, по большей части с деревянными домами. Пейзаж почти лунный — камни, лысые сопки с проплешинами зелени, редкий день выдается солнечным, зимой тут и вовсе уныло и однообразно. Но служба есть служба: летали, стерегли границы, вылавливали нарушителей.

— Причем чаще всего нарушали свои же. Туда продовольствие завозили в сезон навигации, водка заканчивалась быстро, а на той стороне — Аляска, там водка всегда была. Чукчи зимой на своих собаках, оленях по замершему проливу туда со шкурами отправляются, обратно — с водкой. Почти по Джеку Лондону, — смеется Егоров. — Но в основном нарушения носили экономический характер. Весной, когда красная рыба идет на нерест, внаглую браконьерничают японские и американские рыбаки, причем следом за ними идут плавучие рыбокомбинаты. 

Шел 1981 год. Война в Афганистане уже ни для кого не была секретом. На южных границах ситуация сложная, тревожная. Было принято решение создать полк на базе отдельной эскадрильи, пилотов набирали практически со всех военных округов Советского Союза. Меньше чем через полтора года Егорова направляют в Среднеазиатский пограничный округ, в самую южную точку СССР — город Мары (Туркмения). На земле есть три дыры — Термез, Кушка и Мары, шутили солдаты-срочники. Это и впрямь было то самое место, где Макар телят не пас: горы, камни, пыль. И ужасающая жара. +54. Неделями.

В афганской войне вертолетам суждено было занять особое место. Это были настоящие боевые трудяги, вынесшие на себе всю тяжесть войны с первого до последнего дня, солдаты ласково называли их «вертушками». Официально пограничные войска КГБ СССР не участвовали в войне на территории Афганистана. А бойцы, погибшие там, считались погибшими при охране границы. Вертолетчикам пришлось буквально приспосабливаться к новым условиям. 

На стыке трех границ

Пяндж, Саланг, Мазари-Шариф, Кайсар, Мармольское ущелье… Нередко операции проводились совместно с сорбозы (солдаты правительственных войск ДРА). Афганские бойцы были малонадежными партнерами. Могли спокойно перейти на сторону повстанцев, если им предлагали зарплату побольше. Да и во время боев полагаться на них было сложно. Порой они приходили в ужас от одного только грохота и грозного вида ощетинившейся стволами и подвесками «вертушки». Был случай, когда командование афганской части в Кундузе обратилось к вертолетчикам с просьбой не летать над их казармами, ведь после этого приходилось подолгу разыскивать и сгонять обратно разбежавшихся в панике новобранцев-сорбозы, никогда доселе не видевших устрашающей «шайтан-арбы».

Курьезные случаи нередко соседствовали с трагическими. Соседняя с полком вертолетчиков 16-я застава стояла на стыке трех границ: СССР, Афганистана и Ирана. Однажды пограничники разгромили караван контрабандистов, который двигался из Ирана в Афган. Лошади, испугавшись стрельбы, умчались в неизвестном направлении. Тогда соседи обратились за помощью к пилотам: «Ребята, вам на «вертушках» сверху виднее, найдите нам этих лошадей». Беглецов вертолетчики нашли, доложили соседям об их местонахождении, но только позже от разведчиков узнали, что на животных было навьючено почти один миллион долларов.  

В 1985 году экипаж Егорова участвовал в операции по освобождению Мармоля — оплота банд полевого командира Забибулло. Тогда два экипажа были сбиты, один из них погиб.

— В ущелье было обнаружено несколько складов с оружием китайского производства, французские ПЗРК, американские Стингеры, там же располагался полевой госпиталь из ФРГ, полностью оснащенный всем необходимым и даже операционной. Об этой базе знали с 1981 года, но ее сложно было взять в силу особенности рельефа. Там ущелье заканчивается узким коридором, откуда не вырваться. Идеальное место для засады. Выбить душманов {повстанцев}оттуда было сложно, хотя попытки были. И то, что не смогли сделать армейцы зимой 1983 года, удалось пограничным войскам, — рассказывает Сергей Егоров.

Подполковник в отставке говорит об этом без всякого пафоса, просто констатируя факт. И весьма неохотно рассказывает о своих боевых заслугах. Ветераны не любят воспоминаний, они отзываются в них мучительной болью и неизбывной виной перед теми, кто не вернулся с этой чужой, непонятной войны...

Справка

 Подполковник пограничной службы в отставке Сергей Юрьевич Егоров. Приехал в Сургут в 1994 году. Работал в ОАО "Сургутнефтегаз". Награжден орденами "Боевого Красного Знамени", "Красной звезды", "За службу Родине в Вооруженных силах СССР III степени", медалями "За Отвагу", "За боевые заслуги", "За отличие в охране государственных границ".






Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии