×
История
0

Югорский ветеран рассказала об ужасах блокадного Ленинграда

Год памяти и славы, такое название получил 2020. Оно ещё раз напоминает о необходимости сохранить в сердцах людей память о событиях 75-летней давности.

Маргарита Николаевна Кузьменкова, активная участница общественной деятельности Ханты-Мансийска, счастливая мать троих детей, семь раз бабушка и уже трижды прабабушка. В глубоком детстве вместе с мамой и сестрой была эвакуирована из блокадного Ленинграда. Голодная юность и постоянный страх не только за свою жизнь, но и за жизнь своей семьи сделали из тогда ещё ребёнка сильную, самоотверженную и готовую на всё ради близких женщину.

– Всего-то я с того времени не помню, маленькая еще была, когда в Ленинграде жили, а вот мама мне часто рассказывала, как тяжело было. Все знают, что нам хлеба давали со спичечный коробок, но не все знают, что давали его не каждый день. Иной раз еды не было по 3-4 дня, а то и больше. Мама рассказывала однажды, стоит четвёртый день в очереди, а за ней женщина, говорит тихо так, будто в пустоту: «Если и сегодня не приедет машина с хлебом, приду домой и ребёнка съем, ему год всего, не поймет ничего». Там часто люди от голода рассудок теряли, многие не выдерживали и с ума сходили. Это то, что вам по телевизору никогда не покажут, это правда.

– Долго вы в Ленинграде пробыли?

– Не сказать чтобы долго, около года, но казалось, этот год длился все пять. Каждый день, когда мама на работу уходила, мы с сестрой гадали, вернётся или не вернётся, и она также до самого вечера думала лишь о том, живы мы будем, когда она домой придет, или нет. Из-за частых бомбежек каждый день как лотерея. Наконец в августе 1942-го нас эвакуировали, вывезли всей семьей, кроме отца, конечно. Он с первого дня войны на фронт ушёл. Даже пока мы в Ханты-Мансийск ехали, безопасней не стало. У нас вещи были, пусть и немного, но своё, их на соседней барже перевозили. Пока плыли, в одну из этих барж бомба попала, слава богу, не в ту, где люди были.


– Как вас Ханты-Мансийск принял?

– Меня удивило тогда, как нас тепло встретили. Это в то время деревня была, домишки шаткие, холод. Все с нами одеждой делились, одевали нас как могли. Никогда не забуду. Я в 6 школе училась, мне кто-то бродни дал, самые обычные, но так я рада была, что есть в чём ходить. Как люди дружны тогда были, столько наций рядышком жили, все вместе. Тут часто говорят, что голод пережили, но мы всегда отвечаем на такое: это не голод, это проголодь. Даже когда еды не было, мы всегда с сестрой в лес сходим, ягод с орехами насобираем, и уже не так плохо. Те, кто получше жили, плохую картошку выкидывали, а мы с мамой ее из снега откапывали, в воде отогревали и ели. Чем не еда?

– Что вам, тогда еще ребенку, не давало опускать руки?

– Только семья. Ради сестры с мамой я готова была через всё что угодно пройти, как и они ради меня. Мы когда хлеб получали по карточке, мама всегда хотела нам как можно больше дать. Крошила его мелко-мелко, заливала кипятком, и мы это кушали. Она у нас очень сильная была, никогда не жаловалась, всегда через всё сама проходила, так и мы от нее научились не жаловаться, а работать.

Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии