«Жизнь в окопах становится совершенно невыносимой»

На защите блокадного Ленинграда
Федоров – коренной москвич, родился в самом центре столицы, в Улановском переулке, еще до революции, в 1912 году. В Сургут попал уже зрелым профессионалом, прошедшим войну.
 Окончив Московский геологоразведочный институт им. Серго Орджоникидзе, молодой Фёдоров работал инженером в Государственном институте редких металлов, затем уехал в Среднюю Азию. Оттуда привычка – пить мало воды: с собой в маршрут много не возьмешь. Как рассказывал друзьям, это привычка помогла на фронте, когда оказался под Кронштадтом на дальнобойной батарее. Орудия – в казематах в скале, а сидели без еды и воды порой по много часов. В Великую Отечественную артиллерист Федоров защищал блокадный Ленинград. 
В дневнике, который Виктор Фёдоров вел на фронте, остались записи:
«1941 год, 20 февраля: Утром посмотрел в зеркало. Голова полна седых волос – совсем старик. Ночью ожидается наступление финнов. Подвезли 15 снарядов (хотя и мало, но лучше, чем ничего), гранаты, ящик патронов.
9 марта. Нашли сарай, где раньше хранилась соль. Нагребли земли и попробовали отсеять соль. Завтрак плохой, гороховая вода. Съел весь сахар и почти весь хлеб. Курева нет. Говорят, что рядом продают папиросы по 10–15 рублей за штуку.
1943-й,13 марта. Жизнь в окопах становится совершенно невыносимой. Все дни ждем наступления.
7 апреля. Сегодня исполнилось 30 лет. Прожито много, но бесцельно и бестолково. Подчас не верится, что доживешь до мирных дней».
Неунывающий ни при каких обстоятельствах человек, крепко веривший в победу, переписывает в дневник впервые опубликованное в газете «Правда» стихотворение Константина Симонова «Жди меня», проводит политинформации и, несмотря на страшный мороз, держит пушки в боевой готовности, хотя, по его записям, «механизмы работают плохо» и «обледеневшую панораму не вытащишь из корзинки прицела».

С одного фронта – на другой
После войны Федоров со всей жадностью профессионала, который в силу обстоятельств был отстранен от любимого ремесла, взялся за дело, которому когда-то учился.  
 Его ничто не пугало: ни вязкие болота Сургута, ни сибирские морозы.
Вернувшись с фронта в звании лейтенанта, он не любил рассказывать о военных подвигах. Слишком много было горя, а он хотел мирной работы. И мало кто знал о его наградах. А они были: за участие в войне Виктор Петрович был награжден медалями «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»…
В Сибирь он приехал уже будучи лауреатом Сталинской премии, которую получил за работу на Ставрополье. Там он участвовал в открытии Ставропольского газового месторождения: газ тогда пришел в его родной город 
Москву. Казалось бы, почивай на лаврах. Но ему еще предстояла самая насыщенная, драматическая пятилетка в Западной Сибири. 
В Сургут его позвал Салманов. Когда-то молодой Фарман приехал на студенческую практику в Колпашевскую геологоразведочную экспедицию, где Федоров с октября 1952 года работал главным инженером. Ещё в 1948 году в Колпашеве была создана геофизическая служба, которая вела поиск перспективных нефтяных и газовых месторождений на территории всей Западной Сибири. Первые геофизические работы проводились вдоль рек либо на доступных для проходимости участках на севере Томской области и юге Ханты-Мансийского округа. Сейсморазведочные работы проводились только в летние периоды по рекам Обь, Тым, Вах, Кеть, Парбиг, Чая. С 1952 года под руководством Федорова начались зимние сейсморазведочные работы, они-то и смогли выявить Колпашевское, Бакчарское, Нарымское поднятия и Александровский вал. В 1954 году из Колпашевской опорной скважины «Р-2» был получен приток первой западносибирской нефти. Попутно, при бурении опорных скважин, на территории Колпашевского района было открыто крупнейшее в мире Бакчарско-Колпашевское железорудное месторождение.
 Мирные будни геофизиков мало отличались от боевых, каждый день шло сражение за будущую нефть. Геофизики вспоминали, как в Ларьяк из Колпашева добирались в 50-градусные морозы на почтовых лошадях в течение девяти дней! 
При Федорове в экспедиции царил особый, как говорили, «колпашевский климат». В труднейших условиях Виктор Петрович сделал главное – создал коллектив. По воспоминаниям коллег, «он учил, а не поучал, и каждый чувствовал, что его воспринимают всерьез». 


Геофизики идут первыми
Вскоре начались структурные преобразования, смена руководства, Федорова перевели на другую работу, с понижением. А в 1960 году Салманов позвал его к себе в Сургут, главным геофизиком. В сложном процессе открытия месторождений геофизики идут первыми, они определяют перспективные на нефть и газ структуры. Начальник Сургутской экспедиции нуждался в таких профессионалах, как Федоров.
 Главный геофизик прибыл в Сургут не один, вместе с ним приехала супруга – Надежда Афанасьевна Ильина, инженер-геофизик. В дальнейшем она руководила камеральной группой в Сургутской нефтеразведочной экспедиции. Для семьи, в которой  было уже двое сыновей, возвели отдельный деревянный домик рядом со зданием экспедиции, этот факт говорит о том, как руководство относилось к 
геофизическим открытиям Федорова. Как известно, в ту пору геологи на югорской земле жили в палатках, землянках, на съемных квартирах.  
 Внешне Федоров был спокойным, все страсти бушевали внутри. Начальник экспедиции Салманов, напротив, – взрывной, порывистый. И все же они были одной группы крови: верили в большую нефть Приобья и заставляли поверить в это тех, кто рядом.
 Нефть Мегиона, Усть-Балыка, Самотлора подтвердила их прогнозы. 
Порой Федоров писал заметки в местную газету «К победе коммунизма» о том, как идут дела у поисковиков. Сургут жил ожиданием новых открытий.
«В прошлом году сейсморазведчики изучили сотни километров сургутской земли. По данным геофизиков пробурены новые скважины, и почти все они после испытания дали фонтаны «черного золота», – сообщал  Федоров в 1963 году. Он обещал сургутянам, что совсем скоро в непроходимой тайге вырастут новые поселки. Федоров никогда не давал пустых обещаний.

Именем Федорова
Его Сибириада прервалась внезапно: главный геолог Сургутской нефтеразведочной экспедиции умер в 1965 году от онкологического заболевания. Ему было всего лишь 53 года. Легендарный геофизик, открывший более 25 месторождений, остался в Западной Сибири навсегда.
 Он прожил на Севере меньше многих первооткрывателей – неполных пять лет. Но в 1971 его именем назвали крупнейшее месторождение – масштабное по размерам и уникальное по запасам. 3 августа 1971 года из разведочной скважины № 62-Р был получен мощный приток нефти. Присвоить имя Федорова этому месторождению предложил Николай Морозов, начальник экспедиции «Обьнефтегеология». Он тогда назвал Федоровское месторождение «младшей сестрой Самотлора». Его поддержали: структура частично была подготовлена еще при жизни Федорова и по праву должна носить имя легендарного геофизика. Так В Югре появилось первое именное месторождение. Именем Фёдорова назвали и рабочий посёлок, улицу в Сургуте, а также одно из нефтегазодобывающих управлений  – Федоровское НГДУ.
А еще остались эти строчки, написанные поэтом Виктором Козловым, с которым Федоров работал в Сургуте:   

Заросли березовым подростом
Профиля, которые на глаз
Он чертил на карте-пятиверстке,
А потом ходил по ней не раз:
По кипрейно-красным, кудреватым,
По сквозисто-стылым, продувным –
Под Сургутом, Покуром и Ватой –
И по многим профилям иным.
Верил он в Сибирь и как апостол
В свою веру обращал друзей…
… «Федоровкой» называют просто
Жизнь его вторую средь людей.