Значит, нужные книги ты в детстве читал…

Сегодня – 85 лет со дня рождения Владимира Высоцкого. Если бы тогда, в восьмидесятом, у него не разорвалось сердце, он был бы сегодня с нами. И с нашими, совершенно точно, он бы вращал Землю на Донбассе. Так, как написал полвека назад:

«Наконец-то нам дали приказ наступать,

Отбирать наши пяди и крохи…»

О глобальной роли Высоцкого в судьбе всей нашей страны говорить не стану — и говорено, и написано. В любом случае — Высоцкий у каждого свой. Вот об этом и напишу.

Мне кажется, я помню его столько, сколько помню себя. С четырех-пяти лет его голос был дома всегда: сначала — с маленькой пластинки на проигрывателе, который прятался в небольшом сером чемоданчике, потом — с магнитофонной катушки на «Ноте» в виде самиздатовских записей концертов.

Первыми моими песнями Высоцкого стал его военный цикл. И поэтому ровно также, как наизусть я знала всего Чуковского, с пяти лет я пела «На братских могилах», «Он не вернулся из боя», «Мы вращаем Землю». И именно эти песни, которые слушала мама — учитель истории и обществоведения, парторг и человек, четко понимающий, что такое добро и зло, — стали основополагающими.

Мечтала о двух вещах в детстве. Первое: стать героем, как те, о которых он пел. Второе: попасть в Москву и встретить там Высоцкого. Мне казалось, что главное — добраться до Москвы, а уж встретить — дело нехитрое.

До Москвы добралась в 1982-м. Нас везли на поезде из Павлодара в Артек. Но Высоцкого встретить тогда не было никакой возможности — он полтора года как умер, жарким июльским олимпийским днем. Я узнала об этом от брата, а он — из «Голоса Америки». И это было первым настоящим горем за мои первые одиннадцать лет жизни.

Чуть позже вышло крохотное сообщение в «Вечерней Москве» — единственное упоминание в советских СМИ о его смерти. Я тогда повесила над столом огромный его портрет. На много лет. А настольной книгой стал самый первый сборник стихов Высоцкого «Нерв».

В 1991 на филфаке Павлодарского пединститута защищала диплом на тему «Пространство и время в творчестве Высоцкого». На пять. На красный. Ах, какими глубокими казались мне, 22-летней девчонке, тогда мои выводы… И только по прошествии тридцати лет понимаешь, что настоящий Высоцкий в твоей душе — сегодня, после того, что пришлось пережить, прочувствовать, выстоять. После всех изменений в жизни, оставляющих зарубки на душе. После гибели друзей, смерти близких, после противостояний с врагами. После взлетов и падений, после предательств. После резких поворотов истории, которые испытывает твоя страна.

«Баллада о борьбе» — мой учебник на все времена. Пою и пою про себя и понимаю — шла по жизни верным путем. И если в двадцать лет «мы книги глотали, пьянея от строк», то сегодня вперед выходят совсем другие строфы.

«Если мясо с ножа ты не ел ни куска,

Если руки сложив, наблюдал свысока,

А в борьбу не вступил с подлецом, с палачом,

Значит, в жизни был ни при чем, ни при чем.

Если, путь прорубая отцовским мечом,

Ты соленые слезы на ус намотал,

Если в жарком бою испытал что почем,

Значит, нужные книги ты в детстве читал…»

… Сегодня я засыпаю и просыпаюсь со сводками с передовой. И то, что происходит сейчас там, воспринимаю именно через Высоцкого. Через его военные стихи. Да, так вновь случилось - «мы не успели, не успели, не успели оглянуться, а сыновья, а сыновья уходят в бой…»

Может быть, я когда-то еще раз окажусь в Москве. И тогда выполню свое детское желание — встречусь с Высоцким. Мне обязательно надо попасть на Ваганьково — сказать спасибо человеку, который сделал меня такой.

С юбилеем, Владимир Семенович!