89.6249   $ 73.9968





×
Культура
0

Владимир Матийченко: «Аристофан – чем не современный драматург?»

Художественный руководитель Сургутского театра – о своих и чужих спектаклях, воображении и догмах


В апреле художественного руководителя Сургутского театра поздравляли с 45-летием. Обладатель оригинального режиссерского почерка и нетривиальных мировоззренческих установок, сегодня Владимир Матийченко отвечает на вопросы «СТ». И не только о театре.

 Вам важно, чтобы зритель понял вашу личную оценку событиям и героям вашего спектакля?
– Нет, не важно. Я категорически против того, чтобы спектакль заключал в себе закодированную систему навязывания авторской мысли. Не мною сказано: искусство обязано закладывать парадокс, а не давать ответы. И мне приятно, если зрители выходят со спектакля с разными точками зрения. 

 Вы не боитесь сложные спектакли предлагать зрителям провинции?
– Во–первых, провинция – это не географическое понятие, провинция – это состояние мышления. Во–вторых, наш сургутский зритель к сегодняшнему дню просто осязаемо изменился, вырос! Ну а в–третьих… Любое произведение искусства, которое стремится войти в культуру, – сложное. Что касается театра: мне интересно, как у Уильяма нашего Шекспира, охватить все шесть типов зрителей. Как известно, в его театре «Глобус» одни зрители занимали места на самой сцене,  другие приходили попить пива и погрызть орешки, не единожды при этом отлучаясь из зала… Мне интересно охватить всех, чтобы и условные «матросы и проститутки», и эстетствующие интеллигенты одинаково, каждый на своей уровне получил удовольствие от спектакля. 

 Вы ведь не только сами ставите. Вам приходится поддерживать в рабочем состоянии спектакли приглашенных режиссеров. Хочется при этом привнести в них что–то свое? 
– Я следую принципу невмешательства в чужой замысел. Самое интересное, когда работаешь с чужим спектаклем – это разобраться в замысле режиссера. А что касается своих добавлений… Растратить на чужой спектакль свои задумки и наработки – это попросту неразумно. 

 Почему вас не привлекает современная драматургия, документальный театр? У вас нет желания заказать пьесу у современного автора?
– Мне когда–то мой мастер объяснил очень понятно, что такое театр. В том числе и современный. Театр – это то, что ты НЕ можешь увидеть в окно. А то, что можешь увидеть в окно – НЕ театр. Почему? Потому что театр – это работа с воображением, а не с донесением документальной информации или, например, иллюстрации подробностей чьего–то расчленения. Все что не работает с воображением, моим театром не является.
А современная драматургия – что это, по–вашему? Я вот считаю, что современная драматургия – это то, что современные люди ставят и смотрят. Поэтому, если «Лисистрата» написана Аристофаном в 411 году до н.э., а мне и коллегам – режиссерам эта пьеса интересна (а главное, что спектакль по ней с удовольствием смотрят сегодня зрители!) – скорее всего, это и есть современная драматургия. 
На ваш второй вопрос скажу так. Мне неинтересно заказывать материал для постановки по каким–то «моим» темам. Гораздо интереснее иметь дело с материалом, который я сам смогу вывести на темы, которые меня интересуют. Поэтому  чеховские пьесы гениальны и любимы режиссерами. Чехов первым сознательно оставил в своих пьесах место для режиссерской трактовки.

 Понимаю, о чем вы. Так, у вас комедия Фонвизина «Недоросль» стала историческим памфлетом, где герои похожи на Сталина, Путина… Скажите, а чем актуален для вас сегодня Ремарк? Вы его тоже ставили. 
–  Мы возвращаемся к тому, что в окопах первой мировой войны немецкие юноши были поставлены в ситуацию, когда совершено не работали пресловутые десять заповедей. Мало того. Убий, укради, возжелай – за это в ситуации войны награждали. Думаю, после этого ветеран первой мировой войны Адольф Гитлер решил, что строить мир можно и без десяти заповедей. Мы знаем, чем это закончилось. А начиналось все именно с того, что те юнцы приняли установки, навязываемые государством... Сейчас самое страшное, что происходит в обществе, – это именно индогмирование, навязывание догм. Для человечества в целом это прямой путь к деградации. По–моему, очень важно развивать критическое мышление и ставить под сомнение установки, которые диктует общество для того, чтобы могло работать государство. Развивать надо не государственность, а Личность. 

 Ваше отношение к зрителю – это…?
– В институте нас учили: делай, что задумал, для одного, самого главного своего зрителя, который обязательно придет. На опыте убедился, это работает! Для себя я определил это так:  театр – это не для всех, а для каждого. Кстати, и для зрителя тоже есть подходящая формула: постарайся смотреть то, что тебе показывают, а не то, что хочешь увидеть. Тогда не постигнет разочарование.

кстати
Сегодня, 16 апреля, в Сургутском театре дают комедию «Молодые люди» (16+) по пьесе Р. Белецкого. Поставленный Владимиром Матийченко в 2004 году спектакль вернулся на сцену с новым актерским составом и актуальным юмором

досье «СТ»
Владимир Матийченко окончил режиссерский курс РАТИ (рук. Б. Голубовский,  2002). До этого обучался на истфаке СурГУ, проходил стажировки в США, Франции. Окончил обучение по программе «Экономика и управление предприятием» в Российской Академии народного хозяйства и госслужбы при Президенте РФ (2015).  2000 – 2010 гг. – режиссер, главный режиссер Сургутского театра, в 2010 году назначен художественным руководителем. Член Правления Тюменского отделения Союза театральных деятелей РФ – с 2011 года

Фотографии сюжета / 1 фото
Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии