Выбран регион
×
Общество
0

«Родимые пятна» национальной политики

Чем опыт Югры полезен для страны в решении вопросов межнациональной политики? Что такое «этнический дальтонизм»? Какие новые инструменты нужно использовать, чтобы расширять сотрудничество разных народов? На вопросы «Новостей Югры» ответил член президиума Совета по межнациональным отношениям при президенте России Владимир Зорин.


– Форум «Югра многонациональная» имеет статус регионального события. Насколько оно значимо в федеральном масштабе, ведь в стране подобных мероприятий  – единицы?
– Югра всегда привлекала серьезных экспертов по межэтническим отношениям прежде всего своей многонациональностью и поликонфессиональностью, и тем, что здесь можно узнать много нового и полезного, познакомиться с позитивными практиками и посмотреть, как отвечают на новые вызовы и риски времени те, кто находятся «на земле» – в гуще реализации национальной политики. 
По своей масштабности (более 700 участников) и по акторам (лидерам процесса реализации государственной нацполитики) «Югра многонациональная» носит эксклюзивный характер. На форуме работают представители властей разного уровня – от губернатора до глав сельских поселений, общественники и участники национальных культурных объединений, представители науки. 
Хотя форум формально называется региональным, фактически он межрегиональный, ведь сюда приглашены делегаты из других субъектов РФ. Кроме того, «Югра многонациональная» имеет общероссийское значение – форум показал высокую эффективность подобного формата работы.
Отмечу большое и актуальное разнообразие форм взаимодействия участников форума: круглые столы и научные конференции, дискуссионные площадки и конкурсы проектов. Впервые я увидел конкурс среди глав муниципалитетов, когда «девятеро смелых» руководителей достойно защищали свои мероприятия по реализации национальной стратегии, рассказывали об инновационных подходах и отвечали на каверзные вопросы жюри. Надеюсь, что в будущем году большинство глав примет участие в этом конкурсе.
– Какие региональные практики, в том числе разработанные участниками форума «Югра многонациональная», вы предлагаете использовать в дальнейшей работе?
– Начну с глобального. Есть в нашей национальной политике такие «родимые пятна», от которых хочется избавиться. Они сводят национальную политику государства к очень узкому кругу понятий: танцам, песням, кухне и «пожару». Мы очень хорошо умеем проводить фестивали, в последнее время к увеселительным мероприятиям добавили увлечение национальной кухней. А эффект «пожара» возникает, когда мы сталкиваемся с острыми ситуациями и сплачиваемся ради преодоления этого открытого конфликта. Но по сути национальная политика – это более глубокое и широкое понятие. Между фестивалями и «пожарами» есть огромное поле для постоянной и кропотливой работы по укреплению межэтнического мира и согласия.
Например, огромное внимание нужно уделять этнокультурному просвещению молодежи и населения. Мы ведь не знаем народы, рядом с которыми живем, – по сути, болеем «этническим дальтонизмом». 
Вместе с регионами несколько лет назад выработали такое уникальное «лекарство» – большой этнографический диктант. Он в текущем году будет проводиться в третий раз. Это пример нового продукта, возникшего в результате наших обсуждений и поисков. 
Считаю, нам полезно вспомнить советское прошлое, когда граждан с детского сада просвещали о национальном многообразии, традициях и обычаях народов, населяющих страну, была развита инфраструктура национальной политики: работали кружки интернациональной дружбы, этнодеревни, музеи и так далее. 
Но акцент нужно делать и на новых важных инструментах нацполитики – социологии, научных исследованиях, фокус-группах, ресурсных центрах, этномедиации – всем том, что называется мониторингом этноконфессиональных отношений и раннего предупреждения конфликтов. В Югре мониторинг выполняется уже давно, а в последние три года он включился в действующую систему на государственном уровне.
Видите, какой огромный пласт инструментов налаживания межэтнических отношений расположен между национальными танцами и экстренным тушением «пожаров». Это мы и обсуждаем во время таких форумов, как «Югра многонациональная», стараясь избавиться от устаревших «родимых пятен». Конечно, старые подходы удобны, как домашние тапочки, но по большой дороге в них далеко не прошагаешь.
– Вы говорили на форуме, что сейчас в России очень благоприятная ситуация в сфере межнациональных отношений. Но при этом отмечали, что самые разные внешние события могут спровоцировать конфликты. В чем вы видите опасность сейчас?
– Пенсионная реформа – только пример. Вообще есть выражение: «вызовы и риски в национальной политике», они постоянно меняются на разных этапах нашей жизни, но присутствуют всегда. Сейчас мы стали едиными в том числе и благодаря внешним факторам: санкциям, своеобразной экономической блокаде, информационной войне, которая ведется против наших людей, и прежде всего, против молодежи для привлечения ее к экстремистским движениям. 
Но если власть и общество не отвечают на вызовы, поводом для «взрыва» может стать любое событие.
Серьезный риск – социально-экономические проблемы, которые всегда стоят в пятерке приоритетных вопросов, беспокоящих население. Не скрою, есть люди, готовые любой протест превратить в национальную рознь. «У нас была бы зарплата больше, если бы не понаехали ЭТИ». Сюда можно вставить любое слово – мигранты, кавказцы, москвичи, китайцы. Важно этому не поддаваться, ведь нет в России такого места, где жили бы представители только одной национальности. Поэтому даже рядовую ссору на дискотеке можно представить межнациональным конфликтом за счет этнической мобилизации.
Когда начинаешь разбираться, многие конфликты, которые объявлены межнациональными, в момент возникновения таковыми не были. Но, в результате ошибок на местном уровне, попыток замолчать ситуацию и так далее, они получили новый характер.
Сейчас мы приближаемся к новой переписи населения. Это тоже определенный риск. Ведь любая национальность, которая живет в стране, заинтересована в определенных актах уважения и считает, что уровень внимания власти прямо пропорционален численности этнической группы. А значит, есть возможность возникновения конфликтных ситуаций: «нас не всех переписали». В переписи должны принять участие мигранты, и надо сделать все, чтобы они встретились с переписчиками или отметились по интернету. Иначе точной информации об их количестве в России нет, и ее отсутствие дает возможность создания очередных страшилок от некоторых экспертов.
Конечно, если мигранты не соблюдают обычаи старожильческого населения, не готовы к диалогу, нарушают законы, то это чревато конфликтом. На форуме была секция, посвященная этому вопросу. Говорилось об адаптации и интеграции мигрантов. В округе в целом ситуация под контролем, но это не значит, что все вопросы решены.
У миграционной политики очень сложная задача – найти баланс между заинтересованностью региона, страны в гастарбайтерах и защитой нашей безопасности. Россия – развивающееся государство. Нам нужна и новая трудовая сила, и восстановление демографического статуса. Еще недавно мы ежегодно теряли по 100 тысяч населения. А благодаря мигрантам и повышению рождаемости, негативный процесс замедлился. Но при этом среди гастарбайтеров есть и те, кто хочет здесь пропагандировать экстремизм и терроризм, национальную исключительность, просто скрывается от уголовного наказания. 
Думаю, мы еще в процессе становления миграционного баланса.
Но главный риск возникновения межэтнических конфликтов – это невнимание к проблемам этнополитики со стороны органов власти: здесь нужно ручное повседневное управление и каждодневный труд. 
– Сейчас мы продолжаем ту же национальную стратегию, которая была в СССР. Но все мы знаем, чем обернулось дело. Может, сейчас нужно перейти к формированию единой национальной идентичности?
– В нашем обществе слово «нация» имеет двойной смысл. В одном случае мы имеем в виду общегражданскую идентичность как политическую категорию. И в этом смысле все мы – граждане одной страны, представители российской нации вне зависимости от своей этнической принадлежности. Одновременно – русский и россиянин, аварец и россиянин, ханты и россиянин.
Что касается второго смысла, то под «нацией» мы понимаем этнос как совокупность языка, культуры, религии, места компактного проживания. Не нужно путать эти два понятия, нужно помнить, что между ними нет противоречия. 
– И все же перекос национальной политики в сторону этнической принадлежности в ущерб общегражданской был?
– Полностью отрицать этого нельзя. До 2012 года, когда была принята стратегия государственной национальной политики, патриотизм не был в мегатренде у политиков. Сейчас это исправляется, причем не только сверху, но и снизу – все большее количество людей ощущают себя гражданами единого государства, частью народа, который объединен не только паспортом, но и общими ценностями, традициями, героями и историей.
В свое время был перекос в сторону идеологемы «советский» – многие национальные традиции ощущались как пат-
риархальные и вредные. Велась борьба со священными местами, некомфортно было быть нерусским. А сейчас тенденция изменилась. В прошлом году по стране рассмотрено около 200 судебных дел о признании конкретных людей представителями каких-либо малых народов. Часть этих исков граждане выиграли. 
У нашей страны есть эксклюзив в национальной политике, который состоит из трех «нет» и одного «да»: наша страна не проводила насильственную ассимиляцию, наша страна с момента ее возникновения не потеряла ни одного народа, у нас не было религиозных войн и запрета на использование родного языка в общественном пространстве и дома, но при этом Россия всегда была домом для множества наций. И остается им до сих пор.
Фотографии сюжета / 1 фото
Комментарии (0)
Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии